Главная       Дисклуб     Наверх  

 

Миф о «России, подстреленной на взлете»

Комментарий первого секретаря ЦК КПСС Сергея Скворцова

  

Запущенный с легкой руки кинорежиссера Говорухина миф о «России, которую мы потеряли» оказался весьма живучим. Довольно значительная часть населения до сих пор верит, что в дореволюционной России все жили припеваючи и уж во всяком случае лучше, чем в России советской. Составной частью этой безосновательной легенды является постоянно повторяемое заклинание о достигнутых перед Первой мировой войной «самых высоких в мире темпах роста промышленного производства». Наиболее поэтично настроенные комментаторы даже говорят о «России, подстреленной на взлете» и т.п. Вот если бы монархические порядки не пали (естественно, под влиянием «мировой закулисы» – богобоязненный русский народ сам никогда бы не сверг своего обожаемого царя), твердят эти мечтатели, Россия очень скоро вообще заняла бы по всем показателям лидирующее положение.

Подобные разговоры обычно ведут люди, ничего не смыслящие в экономике и уж точно никогда не читающие первоисточники, так как там язык весьма мудреный и для неспециалиста непонятный. Правда, в данном случае я готов их оправдать, так как первоисточников здесь просто нет. Дело в том, что для периода до Первой мировой войны официальных данных по промышленности в целом вообще не существует – царские власти подобный учет не вели. Так что приходится опираться на разного рода оценки.

Ну вот любители «хруста французских булок» (кстати, моя бабушка, окончившая институт благородных девиц, за много лет до появления пресловутой песни говорила, что французской булкой до революции называли нынешнюю «городскую» булку – маленький батончик, который может хрустеть лишь сильно пережаренным) и ссылаются на одну из таких оценок. По Интернету гуляет цифра в 13,9 процента среднегодового прироста промышленного производства, якобы достигнутого в 1909–1913 годах.

Сразу скажу, что в научных публикациях фигурируют другие цифры, гораздо менее впечатляющие – от 6 до 10 процентов ежегодного прироста. Это соответствует темпам роста советской промышленности через полвека, в шестидесятых-семидесятых годах 20-го столетия, когда эти проценты имели совсем другой вес. Так что цифра в 13,9%, видимо, просто взята с потолка.

Но допустим, что она все-таки верна. Увы, это намного ниже, чем ежегодные темпы роста промышленности в начале советского периода, которые, по данным авторитетнейшего исследователя В.М. Симчеры, бывшего директора НИИ статистики Росстата, в 1921–1930 годах в среднем составили 32,1%, а в 1930–1940 гг. – 16,45%.

Но это еще не все. Любой студент-экономист, даже троечник, знает о том, что капиталистическая («рыночная») экономика развивается весьма неравномерно. Бывают в ней и кризисы (один из которых мы сейчас переживаем), когда производство просто падает. Поэтому судить о состоянии экономики по нескольким удачным годам совершенно недопустимо.

А для экономики царской России начало 20-го века было весьма неоднозначным. Период 1900–1908 годов в научной литературе характеризуется как «кризисно-депрессивный». В переводе на обычный язык это означает, что данные годы отличаются застоем или даже падением производства. Конечно, здесь сыграла свою роль Первая русская революция с забастовками рабочих и проч. Но ведь до 1905 г. и в 1908 г. революции не было, а застой был.

По расчетам того же В.М. Симчеры, среднегодовой темп роста промышленного производства составил в 1901–1910 гг. всего 3,4 процента. А если взять период 1901–1913 гг., то получается процентов 5. У других исследователей фигурирует цифра в 6 процентов с небольшим.

Но это если брать реальную картину. А если взять за основу мифические 13,9% годового прироста в 1909–1913 годах, то за 1901–1913 гг. получится где-нибудь процентов 8–10.

Да, стоит упомянуть еще такое понятие, как «восстановительный рост». Речь идет о том, что сразу после спада наблюдаются повышенные темпы экономического роста. Почему? Потому что когда производство всего лишь выходит на прежний уровень, то это дает очень высокие показатели по сравнению с провальным периодом. Ведь если есть спрос, добиться такого роста совсем несложно. Если оборудование не было физически уничтожено, как это бывало в годы ельцинско-путинских «реформ», то достаточно лишь заново запустить уже имеющийся станок.

Такой вот восстановительный рост и имел место в 1909–1913 годах, обеспечивая повышенные показатели. Но судить по ним об общей экономической ситуации в стране было бы совершенно неправильно.

Так что перед революцией в России не было никакого экономического «взлета», который, дескать, прервали либералы и большевики, действовавшие по приказу «мировой закулисы». Шесть или даже десять процентов роста в год  – для капиталистической экономики это было по тем временам неплохо, но не более того. Настоящий взлет начался после Гражданской войны, когда Россия за 20 лет по объему промышленного производства с четвертого места в Европе и пятого в мире, которые она занимала при царе, поднялась соответственно на первое и второе. Реальные темпы роста советского промышленного производства намного превысили мифические 13,9 процента, которыми козыряют любители «России, которую они потеряли».

На самом деле перед революцией в России было вовсе не так уж хорошо. Я приведу всего лишь несколько фактов.

70 процентов населения было неграмотно – например, я хорошо помню рассказы бабушки о том, как ее отец, офицер казачьих войск, по собственной инициативе учил подчиненных грамоте. А ведь казаки вовсе не были такой уж забитой массой. Боюсь однако, что таких офицеров насчитывалось немного.

Продолжая армейскую тему, стоит отметить, что, по данным государственной комиссии, проводившей соответствующее обследование перед самой Первой мировой войной, 60 процентов призывников впервые попробовали мясо лишь в армии. В крестьянских семьях оно было тогда деликатесом.

А по данным составленного примерно в то же время «всеподданнейшего доклада», за период правления Николая Второго от голода умерло около 8 миллионов «православных душ» (дело в том, что загсов тогда не было, учет умерших вели церковники – естественно, по своим конфессиям; комиссия и учла только данные православных священников). И когда восторгаются тем, что царская Россия была крупнейшим в мире экспортером зерна, стоит обязательно припомнить этот самый отчет.

Вообще  царю поступало много всяких докладов. В докладе ежегодной сессии Министерства здравоохранения России за 1912 год, например, говорилось: «Из 67 млн рождаемых детей 43% не доживают до 5 лет (чистая правда – в семье моего прадеда, которого я здесь уже упоминал, из восьми детей в детстве умерли двое; а ведь он был офицером, причем элитных по тем временам войск – С.Б.С.). 31% в той или иной форме обнаруживают различные признаки пищевой недостаточности: рахита, цинги, пеллагры и проч.».

И далее на листе доклада напротив слов: «До 10% крестьянских детей являют признаки умственной недостаточности» – рукой царя было начертано: «Не важно».

Что ж, такая забота о народе довольно скоро аукнулась и российской монархии, и самому «самодержцу». Иначе просто и быть не могло.

Источник –

личный блог Сергея Скворцова

 http://sb-skvortsov.livejournal.com/