Главная       Дисклуб     Что нового?         Наверх  

 

 

Странный приговор врачу Мисюриной

 

Медицинская, да и не только медицинская, общественность возмущена жестоким приговором врачу-гематологу Елене Мисюриной, приговоренной к двум годам колонии общего режима.

Летом 2013 года она провела пациенту, обладавшему целым «букетом» тяжелых заболеваний, в том числе онкологических, рутинную диагностическую процедуру – взяла пробу костного мозга, после чего пациент уехал домой. Через некоторое время он обратился в другую клинику с жалобой на боли в животе, был прооперирован по поводу аппендицита, но через несколько дней скончался в хирургическом отделении этой клиники.

Через полгода началась доследственная проверка, почему-то не касавшаяся той клиники, в которой умер пациент, а через полтора года против Мисюриной было возбуждено уголовное дело по статье «Причинение смерти по неосторожности». Еще через год, так как срок привлечения к ответственности по этой статье истек, дело переквалифицировали на статью «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека», предусматривающую лишение свободы на срок до шести лет. По этой статье она и была осуждена.

Осуждена абсолютно неоправданно, так как, во-первых, подобных требований безопасности в отношении данной процедуры вообще не существует, а во-вторых, как в один голос утверждают все юристы, она может применяться только при наличии умысла, который не нашли и даже не искали. Да и откуда он здесь вообще мог взяться?

 То есть даже по формальным основаниям приговор Мисюриной, как говорят адвокаты, «незаконный и необоснованный». Да и по существу врач Мисюрина, скорее всего, ни в чем не виновата.

Обвинение против нее строится на версии о том, что во время процедуры Мисюрина якобы проколола иглой артерию, из-за чего пациент через несколько дней и умер. Всё это выглядит полным абсурдом даже для тех, кто знаком лишь со школьным курсом анатомии, – дело в том, что после такой травмы больной истекает кровью уже где-то через полчаса. Да и во время операции по поводу аппендицита, которая прошла примерно через сутки, врачи даже самой что ни на есть частной клиники всё же заметили бы, что брюшная полость вся заполнена кровью. Так что кровотечение, которое привело к смерти пациента, могло произойти лишь через несколько суток после проведения диагностической процедуры. Как отмечают специалисты, подобные внезапные кровотечения на фоне онкологического заболевания, увы, случаются и приводят к летальному исходу.

В качестве доказательств своей версии силовики в первую очередь приводят свидетельство патологоанатома клиники, где умер пациент, которая вообще-то не имела лицензии на проведение аутопсии, то есть провела ее незаконно. А врач, который производил вскрытие, не только не имел трудового договора с этой фирмой, но и не являлся судебно-медицинским экспертом, так что его выводы имеют весьма сомнительную ценность. Наконец, данные экспертиз, положенные в основу обвинительного заключения, указывают на два разных места, где врач якобы проколола пациенту артерию.

Так что когда окружная прокуратура (уже после громкого скандала в обществе) попросила отменить судебное решение, отмечая, что суд во время заседания по этому делу сделал выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам, она была совершенно права. В пресс-релизе окружной прокуратуры говорится буквально следующее: «Заключения судебно-медицинских экспертиз противоречат друг другу, не дана должная оценка показаниям допрошенных свидетелей и экспертов, а собранные и исследованные доказательства не позволяют сделать однозначный вывод о доказанности вины Мисюриной». Правда, в основном это было известно еще на стадии следствия, так что не совсем понятно, почему прокуратура составила то обвинительное заключение, которое и легло в основу, как теперь выяснилось, неправильного приговора…

Так почему же столь абсурдный приговор вообще мог появиться? Некоторые считают, что это результат лоббистской деятельности той клиники, в которой умер пациент: дескать, она хотела снять с себя ответственность за его смерть. Есть ли в этом хотя бы доля истины, судить не могу, но в любом случае «дело» Мисуриной могло появиться на совершенно пустом месте лишь после начатой Следственным комитетом кампании по наказанию медиков за ненадлежащее оказание медпомощи и т.д. Началась она как раз в 2015 году.

И хотя подобных случаев действительно пруд пруди, возникает стойкое ощущение, что таким образом власти пытаются спихнуть на медработников ответственность за собственные действия по развалу системы здравоохранения, дела в которой идут гладко лишь в фантастических отчетах моей, увы, однофамилицы.

Получив такой заказ (а если верить прессе, в отчетности СК данные о «ятрогенных» преступлениях, то есть преступлениях, связанных с врачебными ошибками или ненадлежащим оказанием медпомощи, идут следующей строкой после терроризма), следователи всячески стараются отчитаться о борьбе со столь важными преступлениями. Да так стараются, что эта активность вызвала недовольство Генпрокуратуры, разославшей информационное письмо, выдержки из которого опубликованы в прессе, где говорится «о распространенности случаев пренебрежения в ходе расследования врачебных ошибок требованиями закона, допускающего возбуждение уголовного дела только при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления…». И далее: «Чаще всего действия врачей необоснованно квалифицируются по ч. 2 ст. 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека), – подчеркнул в письме замгенпрокурора. – Нередко [это] связано с волокитой расследования, приводящей к истечению сроков давности по ч. 2 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности)». Почему «необоснованно», мы уже объясняли – должен быть умысел.

Впрочем, в «деле» Мисюриной отметился не только Следственный комитет, который, кстати, продолжает настаивать на том, что не ошибся, и ядовито замечает, что если обвинение необоснованно, то почему же прокуратура его сначала поддержала? И действительно – почему? Причем в своем служебном рвении обвинитель на суде  (опять-таки, если верить прессе) якобы охарактеризовал академика РАН, гематолога Андрея Ивановича Воробьева, который на суде давал показания в пользу Мисюриной, как человека «в слабом уме». После такого оскорбления уважаемого академика подобный мелкий чиновник практически в любой стране, даже самой слаборазвитой, пробкой вылетел бы с государственной службы, но я подозреваю, что у нас его разве что пожурят.

Свою роль сыграл и суд. Странные экспертизы и показания патологоанатома, незаконно производившего вскрытие, он принял во внимание, а мнение светил медицинской науки, среди которых, кроме академика Воробьева, был, например, и главный гематолог Министерства обороны Олег Рукавицын, не принял. Ходатайство об эксгумации также не было удовлетворено. Но самое главное – прокуратура запрашивала два года условно, а суд приговорил обвиняемую к двум годам реального срока!

Так что силовики вновь дружно продемонстрировали, что закон и здравый смысл им вовсе не указ и что, перефразируя речовку сторонников Навального, именно «они здесь власть». При этом, совершенно не понимая сложившуюся ситуацию, они здорово подставили верхушку, которая их назначает.

Общественный резонанс начался еще до вынесения приговора, а после вынесения достиг своего апогея. Ведь решение Черемушкинского суда г. Москвы на практике означает, что абсолютно любого медработника можно отправить в тюрьму за действия, которые совершенно не разбирающимся в этом силовикам покажутся неправильными (или если им это понадобится для отчетности). Естественно, это вызвало взрыв возмущения, и медицинские работники превратились из надежной, пусть даже и подневольной, опоры власти в протестный электорат.

И это в период президентской кампании, которая впервые за последние десятилетия понемногу приобретает черты реально конкурентной! Даже некоторые представители властной верхушки, в том числе сами причастные к разгрому здравоохранения, например департамент здравоохранения Москвы, заместитель мэра и мэр Москвы Собянин, выступили в защиту врача Мисюриной. И сразу получили за это окрик со стороны пресс-секретаря Путина (дескать, чиновники не должны встревать в это дело), видимо, не понимающего всей опасности происшедшего для нынешней власти.

Впрочем, реакция общественности, кажется, все-таки сыграла свою роль. Как я уже упоминал, прокуратура предложила отменить приговор и освободить жертву «правосудия» из СИЗО, а уже 5 февраля состоялось заседание Московского городского суда, на котором мера пресечения была пересмотрена. Думаю, есть значительный шанс на то, что невиновный человек в данном случае не отправится в колонию.

Тем не менее даже тогда неприятный осадок у медицинских работников всё равно останется. Кроме того, допускающая подобные вещи система никуда не денется. Да, за Мисюрину вступились, десятки тысяч человек (в том числе и автор этих строк) подписали петицию с требованием ее освобождения, мощная кампания развернулась и в соцсетях. Но ведь так будет не всегда. На каждый случай произвола мобилизовать общественность не получится, и недобросовестные должностные лица из числа силовиков, отделавшись легким испугом, вновь примутся его творить.

Реорганизация или даже ликвидация Следственного комитета, о которой в последнее время твердит пресса, здесь мало поможет. Простой кадровой перестановки  тут недостаточно. Нужны комплексные меры вроде тех, какие, например, предлагает кандидат в президенты от КПРФ Павел Николаевич Грудинин: создать вневедомственную Национальную антикоррупционную комиссию с широкими полномочиями, а также восстановить выборы судей, как это было в Советском Союзе.

Если не пресечь произвол, то пропасть между народом и властью будет становиться всё шире, угрожая социальным взрывом. Ведь именно бесчинства местных силовиков стали в свое время катализатором «арабской весны». И хотя наши правители, кажется, убедили сами себя, что «арабская весна» вызвана исключительно действиями США, которые зачем-то решили таким экзотическим способом избавиться от собственных ставленников, это вовсе не так. «Арабскую весну», как это бывает с каждой революцией, своими действиями подготовила сама тамошняя власть, и об этом следует помнить всем, кто находится на ее вершине, причем не только на Ближнем Востоке.

 

Сергей Борисович Скворцов,

1-й секретарь ЦК КПСС