Главная       Дисклуб     Наверх  

 

Боевики шафрановой окраски

 

Новая ипостась буддизма

 

Автор этих строк, работая в Монголии, неоднократно бывал в главном буддийской храме страны – Гандане, присутствовал на пресс-конференциях Хамба ламы Гомбожава и даже брал у него интервью. И всюду источались мир и покой. Уверовал тогда, что буддизм – самая кроткая религия на свете. Однако… (При этом есть прямой резон напомнить о том, что поток российских туристов в страны Южной Азии неуклонно возрастает.)

Остается только разводить руками, когда читаешь сообщения «Ассошиэйтед Пресс», «Рейтер» и других информационных агентств.

Так, еще недавно Грэндпасс, предместье столицы Шри-Ланки – Коломбо, был спокойным. Но в августе толпы, собравшиеся на местном рынке, стали скандировать агрессивные лозунги, а в сторону ближайшей мечети полетели палки, камни и проклятия. Вскоре проявились защитники храма, и началась настоящая бойня, но полиция даже не пыталась вмешиваться. Нападающие были облачены в шафрановые одежды, указывающие на то, что бой ведут буддийские монахи. Мусульмане-защитники оборонялись, как могли.

В Мьянме (Бирме) такие атаки на приверженцев Аллаха происходят, начиная с 2012 года, систематически. В небольшом городке Мейтхила вооруженные буддийские монахи набросились на мечеть. В результате погибли 44 человека, в том числе учащиеся и преподаватели местного медресе. Полиция отреагировала с опозданием, хотя, как правило, она предпочитает вообще не вмешиваться. Стражи порядка сохраняют, как, впрочем, и новое правительство Бирмы, пассивность, ибо в стране негласно поддерживается буддийское насилие в отношении мусульман.

В Шри-Ланке, Бирме, Таиланде буддийские монахи, как представители доминирующей в этих странах религии, заключили своего рода фаустовский пакт с властью. Используя свое общественное положение и приписываемый им ареол святых, они легитимизируют местные режимы, получая взамен полную защиту и поддержку государства. Иначе говоря, буддийские монахи делают то, что охотно реализовали бы локальные руководители, если бы они окончательно потеряли стыд. Ни для кого не секрет, любители нирваны (состояния, в котором исчезает терпение) жаждут того, чтобы в их странах не было чужаков, главным образом мусульман.

Выходит, в Южной Азии появилась новая ипостась буддизма, причем грозная. Наблюдатели даже склонны считать, что теперь региону больше угрожает не ислам, а буддизм. Запад пока отмалчивается, и должно быть неспроста. Для него буддизм – это смесь пропагандируемых элитой тибетских духовных лозунгов и образов «спасителей» человечества, которые потом пропускаются через турбины поп-культуры. С начала девяностых годов часть буддийских интеллектуалистов стараются экспонировать миру сложную философскую систему, причем в доступной форме, обязательно показывая ее привлекательные аспекты: концепцию карм, самопожертвование, новое рождение, отказ от материальных благ жизни, пацифизм. Эти понятия, как утверждает авторитетный польский еженедельник «Политика», досконально вписались в религиозные запросы как в Европе, так и в Соединенных Штатах.

Буддизм оказался исключительным предложением, так как он не требует от рядовых верующих нравственных, моральных, бытовых ограничений, разрешает объединять духовную практику со значительным достоянием. Популярности буддизма здорово помогли его славные приверженцы –  Мадонна, Тина Тернер, Леонард Коэн, Ричард Гир… Это их заслуга в том, что буддизм представляется как элитарная, благородная религия. Идеалистическое, почти сверхчеловеческое поведение приверженцев буддизма олицетворяют босоногие тибетские монахи, погруженные в молитвы, всепрощающие, молчаливо терпящие.

Американизированный буддизм – только часть правды об этой религии. На самом деле миллионы ее настоящих (из крови и плоти) поборников живут в реалиях политического насилия, этнической напряженности и нищеты.

Сами монахи зачастую не укладываются в стереотип благородства. Часть из них занимаются нелегальным бизнесом, не чураются развратного образа жизни. Таиландская газета Bangkok Post подробно рассказала, как трое монахов пользуются самолетом, принадлежащим храму. Главный обвиняемый имел 40 банковских карт, по которым кружили в последние месяцы миллионы долларов. Выяснилось также, что он закупил 22 дорогих «мерседеса».

Многие монахи в Таиланде, от которых религия требует сохранения целибата, скромности и абстиненции (полного воздержания от чего-либо), не придерживаются этих принципов. Только в прошлом году более 300 монахов были обвинены в сексуальных домогательствах, организации проституции, распитии спиртных напитков, употреблении наркотиков, во взятках, в азартных играх, а также в принуждении верующих давать им деньги. Правда, делают это в основном те мужчины, которые временно вступают в состояние духовного, чтобы таким образом выполнить всеобщее в Таиланде требование: каждый приверженец буддизма должен хотя бы раз в жизни побывать в одеждах монаха. Раньше это был период уединения, раздумий, размышлений о бренной жизни, сегодня это прекрасная оказия для установления нужных контактов и накопления денег.

До недавнего времени буддизм имел только один образ – добродушного мудреца, Далай-ламы. Теперь у него появился конкурент – духовный экстремист из Бирмы, которого называют буддийским бен Ладеном. 45-летний Ашин Виратху – это проповедник ненависти. Он организовал неонацистское движение, главной целью которого является выселение из страны мусульман. Пока речь идет о религиозно-этнической чистоте Бирмы, однако аналитики видят в действиях Виратху угрозу для стабильности во всей Южной Азии.

Сцепка слов «буддист» и «террор» – инородное тело в религии. Однако Виратху обозначил свое движение цифрами – 969. Они ассоциируются с «тремя жемчужинами буддизма» (Будда, дхарма (истина) и сангха (буддийские святые)) и как символ размещаются на буддийских магазинчиках, кафе, ресторанах, такси, мотоциклах, указывая на то, что их владельцы отличаются от мусульманских торговцев, с которыми буддисты не должны иметь дело.

Виратху подчеркивает, что мусульмане «размножаются как рыбы», чтобы как можно больше увеличить свою популяцию и захватить контроль над экономикой. Он заявляет, что бирманцы обязаны избавиться от мусульман, в противном случае те будут властвовать над титульной нацией.

Слова Виратху падают на благодатную почву. Страна переживает демократическую трансформацию, и тысячи людей не уверены в том, каков будет завтрашний день. Для народа монахи по-прежнему авторитетны, ведь в 2007 году их мирная «шафрановая» революция вылилась в большие системные перемены.

Нападения и стычки на этическом фоне желанны для правящей верхушки Бирмы. Напомним, перемены в республике начались после того, как по итогам парламентских выборов 2010 года военная хунта уступила власть гражданскому правительству. И хотя у руля остались те же люди, в стране всё же приступили к либерализации экономики, амнистировали политзаключенных, смягчили цензуру и разрешили проводить акции протеста. Казалось бы, ситуация должна была успокоиться, ан нет. В ответ на усиливающееся действия террористов (в городах гремят взрывы, наводящие страх в первую очередь на туристов), растущую угрозу распада страны правительство ясно дает понять, что «оно в любую минуту готово достать из шкафа свою военную форму».

Этническая напряженность на руку властям, ведь беспокойства служат поводом для введения военного контроля в регионах страны, охваченных насилием. Заодно укрепляется убеждение, что армия является единственной гарантией безопасности. Следует также напомнить, что военная хунта проводила, начиная с восьмидесятых годов, курс на создание этнически, расово и религиозно единого общества. В соответствии с ним понятия «бирманец» и «буддист» – тождественные. Не случайно нынешний президент (бывший глава военной хунты) генерал Тейн Сейн по-прежнему защищает Виратху, называя его благородным человеком и сыном Будды.

По данным организации Human Rights Watch, в Бирме погибли несколько сот приверженцев ислама, а 140 тысяч были вынуждены покинуть свои дома.

Как считают аналитики, буддийский экстремизм, повязанный с политикой, представляет угрозу для всей Южной Азии. Сам Виратху признался, что он подстрекал лидеров сингальского националистического движения, которые ведут борьбу с «Тамильскими тиграми» в Шри-Ланке. Там буддисты нападают на мусульманские магазины, мясобойни, мечети, религиозные школы. На юге Таиланда с 2004 года продолжается исламское восстание. Монахи включились с борьбу с непокорными на стороне правительства. Начав вооружаться, они заключили союз с армией. Их монастыри и храмы стали военными казармами.

По мнению экспертов, буддизм во многих странах Южной Азии утратил связи со своими духовными основами. Вовлеченность в текущую политику рассматривается немалой частью священнослужителей как спасение перед утратой самой религии. Времена лесных монастырей в безлюдных местах, где богатая духовная жизнь заменяла желания и влечения, уже в прошлом. Приверженцы буддизма теперь предпочитают большие города, где много земных соблазнов да и денег можно собрать порядком.

Веками монахи довольствовались милостынями, пожертвованиями, преимущественно в натуральном виде, а сегодня они требуют от верующих не скупиться на деньги, а деньги, как известно, являются источником очередных проблем. Нирвана отодвинута в сторону, дорогой жизни становятся насилие и обогащение.

 

Анатолий Петрович ШАПОВАЛОВ,

журналист-международник