Главная       Дисклуб     Наверх   

 

Индия луковая

Из захолустья – в мир высоких технологий, через колдобины коррупции

 

В начале марта Индия завершила перепись своего населения. Она проводится раз в десять лет, поэтапно. В первую очередь ведется подсчет граждан, потом выясняется, кто из них живет в домах из глины или бетона, имеет доступ к электроэнергии, канализации и т.д.

Пока подсчитали индусов. Их 1,17 миллиарда. На сегодняшний день эта численность населения меньшая, чем в Китае. Но к середине века, по демографическим прогнозам ООН, народонаселение Индии будет на 150 миллионов больше, чем в Китае. Это обусловливается тем, что на сегодняшний день прирост населения в Индии – 1,4 процента, в Китае – 0,49. КНР, не секрет, вскоре начнет стареть и уменьшаться. Таков результат политики одного ребенка. Премьер Индира Ганди в семидесятые годы прошлого столетия тоже старалась перед лицом нищеты добиться сокращения рождаемости. Под зонтиком чрезвычайного положения она ввела принудительную программу стерилизации. Ответом на нее стал, однако, массовый протест. Пришлось вернуться к демократии и забыть о спорной программе.

Сегодня более 30 процентов населения Индии – это те, чей возраст менее 14 лет. В Китае этот показатель не превышает 20 процентов. Индийская экономика, естественно, пользуется этими «демографическими дивидендами», которые стали движущей силой многих «азиатских тигров».

Однако мировая общественность всё еще смотрит на Индию по-старому – через призму-стереотип поражающей нищеты трущоб Калькутты. И поэтому страшно удивляется, видя и слыша сообщения вроде: авиакомпания IndiGo, являющаяся третьим воздушным перевозчиком в стране, закупает за 16 миллиардов долларов 180 аэробусов А-320s. Это самый крупный контракт в мировой истории гражданской авиации. По подсчетам экспертов, в течение ближайших 20 лет стране потребуется одна тысяча современных авиалайнеров. А через три года Индия станет четвертым после США, Китая и Японии рынком личных автомобилей. К 2020 году, как ожидается, их будет в стране свыше полумиллиарда – больше, чем где-либо в мире.

Тут правомочно скептическое замечание: послушайте, но ведь в Индии – фатальная транспортная сеть. Это действительно так. За рулем автомобиля по дороге к Нью-Дели кого только не встретишь: священных коров, верблюдов, коз, овец, велосипедистов, рикш, пеших. На железнодорожных переездах надо не менее получаса ожидать проезда поезда, в котором люди едут, как и сто лет назад. Транспорт в больших городах, за исключением метро в Нью-Дели, проклинают все. Перерывы в доставке электроэнергии скорее правило, чем исключение. Это, разумеется, снижает эффективность хозяйствования, заставляет фирмы дополнительно тратить средства на прокладку дорог, создание собственного автопарка для доставки своих сотрудников к месту работы, устанавливать генераторы…

Но нет худа без добра. В Китае темпы роста опираются главным образом на экспорт, в Индии же – на внутреннее потребление. Индийские темпы – дай Бог каждому: в прошлом году – 8,5 процента. Это, впрочем, меньше, чем в Китае, но пока. По расчетам экспертов, после 2020 года Индия достигнет самых высоких темпов роста и оставит позади Китай.

На это будет работать, во-первых, демография, а во-вторых, индийская демократия, хотя она и нещадно критикуется. Сами индусы, правда, убеждены: у них, мол, самая большая в мире демократия, в том числе и потому, что она родилась, по их мнению, не в Греции, а в Индии. Но сами же индусы и считают, что у них самая большая в мире бюрократия. Всё, вместе взятое, тормозит развитие страны: даже самые неотложные вопросы становятся предметом нескончаемых дебатов.

В Китае на сей счет нет проблем. Решения центра там, скажем, о строительстве дороги, дамбы, выселении всей деревни обычно не обсуждаются и не отменяются. Правда, нынешние власти Пекина, хотя и держат экономику на коротком поводке, всё же стараются действовать прагматично и рационально. Тем не менее решения центра порой наносят вред экономике больший, чем ошибки индийского правительства. Этим, в сущности, и объясняется то, что индийская, а не китайская биржа стала излюбленным местом для инвестирования иностранного капитала. Вот и выходит, что в Индии неэффективная бюрократия, значительный государственный сектор, либерализация экономики и радикальная открытость миру в начале 90-х годов вылились в конечном итоге в звездный час для бизнеса. Индийский предприниматель не зависит, как в Китае, от правительственной поддержки. Отсюда и расцвет инноваций. Это ведь в Индии изобрели самый дешевый автомобиль в мире, проводят недорогие операции на сердце, причем на высоком мировом уровне и руками индийских кардиохирургов, получивших образование в США либо Великобритании.

В Индии, в отличие от Китая, где дают знать о себе цензура и секретность, идеи распространяются беспрепятственно. Поэтому, например, программисты предпочитают не Китай, а Индию.

Ставка сделана в Индии на общепринятые, но еще больше на собственные каноны и специфики развития. Взять, к примеру, такое обстоятельство. В более чем миллиардной Индии сегодня 700 миллионов человек проживают в провинции, причем около 500 миллионов неграмотны. Бангалор, кибер-столица страны, рискнула необычным образом решить проблему, как вырвать сотни миллионов людей из захолустья и нищеты. Ученые и специалисты разработали для сел специальный информационный киоск. Он состоит из подобия банкомата, в котором вместо клавиатуры одна красная кнопка. Но есть экран, микрофон, веб-камера и факс. Нажмешь кнопку – загорается экран, на котором появляется молодой с человек с телефонной трубкой. Посетитель, скажем, заказывает билет до Дели. Его тотчас связывают с бюро путешествий. Оттуда сообщают: место зарезервировано, оплата за билет – на вокзале. Факс тут же дает подтверждение. Подобным образом можно найти работу, узнать, где подешевле продукты и товары, получить массу другой необходимой информации. Еще специфика: 800 тысяч браков уже заключено через Интернет.

Словом, положено начало технологической революции, которая призвана связать жителей провинции с внешним миром. Индия может стать первой странной в мире, в которой, прежде чем возникнет надлежащая сеть дорог, будет действовать всеобъемлющая информационная сеть. У жителей страны сегодня 138 миллионов мобильных телефонов. Через пять лет будет полмиллиарда. Номер телефона стоит 100 рупий, минута разговора – 2,6 рупии, или 2 цента. Это самая низкая ставка в мире. Чем не пример, как следует решать задачи модернизации и национальных проектов, о которых так много говорят в России?

Эксперты уверяют, что технологическая революция может стать сродни зеленой, которая в шестидесятые-семидесятые годы изменила методы возделывания сельскохозяйственных культур и тем самым практически устранила угрозу голода в стране.

Страна, еще недавно ассоциируемая с нищетой, слонами и махараджами, сегодня имеет выдающихся промышленников. В рейтинге Forbes на четвертом месте по богатству нефтяной и газовый магнат Мукеш Амбани, на пятом – владелец крупнейшего в мире сталелитейного концерна Лакшми Миттал.

К среднему классу причисляют сегодня в Индии почти 300 миллионов тех, чей годовой доход составляет 6–30 тысяч долларов.

Есть ли проблемы? Разумеется. По данным Transparence International, Индия по показателям коррупции на 87-м месте – худшем, чем Китай, но лучшем, чем соседние Пакистан и Бангладеш, не говоря уже о России. Но следует подчеркнуть, что коррупционные аферы, в которых замешано правительство, – ежедневная тема местной печати. Она же – и головная боль парламента, политических партий.

В конце февраля началась весенняя сессия парламента Индии. Она могла бы закончиться так же, как и осенняя, – бойкотом. Но правящая партия – Национальный конгресс – в последний момент уступила. Выступая в парламенте, премьер-министр Сингх согласился с требованиями оппозиции и попросил спикера парламента сформировать межпартийную комиссию, которая займется расследованием махинаций при раздаче дефицитных частот сотовым компаниям. Этот ценный ресурс был распределен министром коммуникаций Раджи без конкурса по номинальной цене, что нанесло бы ущерб казне в 40 миллиардов долларов. Статус парламентской комиссии позволяет опрашивать любых чиновников, включая самого Сингха.

Пережив необычайно холодную зиму за последнюю четверть века, оппозиционная Народная партия заявляла в канун сессии парламента: если правительство не согласится наконец-то создать следственную комиссию по коррупционным делам, она, как и прошлой осенью, сорвет либо заблокирует пленарные заседания. Премьер-министр Манмохан Сингх тут же выступил с разъяснениями: «Я готов защищаться от парламентской комиссии, даже от прокуратуры, но только не от следственной комиссии. Ибо она, в сущности, требует водрузить позорный столб, под которым начнет хлестать правящий Национальный конгресс, положив тем самым начало для подготовки к выборам, намеченным на 2014 год».

Чудно получается: налицо гроздья скандалов. И где? В Индии, ставшей по глобальным меркам державой. Сегодня она – четвертая после США, Китая и Японии экономика в мире. Во времена премьера Неру Индия была «бедной страной богатых людей». В эпоху Сингха, возглавляющего правительство с 2004 года, поразила мир динамично развивающейся экономикой. Ежегодный рост ВВП 8–9 процентов, и это несмотря на мировой финансово-экономический кризис.

Не замечая этих рывков, индийские газеты и телевидение исступленно клеймят правительство коррупционными скандалами, героями которых, впрочем, выступают политики как правящей коалиции, так и оппозиции. Заголовки газет сами за себя говорят: «2010 год – год коррупции и злодеев».

«Такова роль средств массовой информации, хотя с критикой они явно перебарщивают, – попробовал успокоить общественность вице-председатель комиссии планирования и, как уверяют, наушник премьера Сингха Монтек Сингх Ахлувалия. – Мы являемся крупнейшей демократией в мире, а за это надо расплачиваться. Если мы окажемся в оппозиции, также нещадно будем критиковать тех, кто будет у руля власти. И будем делать это даже в том случае, если то наше правительство будет лучшим в мире».

Кабинет министров Сингха вовсю хвалят в мире, но в самой Индии его обвиняют в терпимости к распоясавшейся коррупции. Ведущие политики, равно как и бизнесмены, убеждены: кумовство, взятки угрожают быстрому экономическому развитию страны.

Национальный конгресс, партия политической династии Неру – Ганди, правит Индией с 2004 года. Его авторитет особо возрос благодаря премьеру Сингху, которого по праву считают отцом рыночных реформ и экономического чуда. На предыдущих выборах Национальный конгресс вместе со своими союзниками одержал внушительную победу, получив рекордное число голосов и разбудив еще большие надежды индусов.

Но успех – не статическое состояние. Прошлым летом дали о себе знать хлопоты. Маоистские партизаны, проникнувшие в джунгли на востоке страны, развязали боевые действия, снова забурлил Кашмир. Проливные муссонные дожди и сельскохозяйственные вредители уничтожили урожаи лука, являющегося непременным атрибутом индийской кухни. Правительство, не ожидавшее погодных аномалий, продало его запасы, попав впросак. Цены на лук, закупленный в Пакистане, подскочили в четыре раза. Подорожали другие овощи, затем бензин, транспорт, энергия, тем более что правительство, верное принципам либеральной экономики, отменило дотации. Повышение цен больше всего ударило по бедным, которых Национальный конгресс считает своим надежным электоратом и который в наименьшей мере ощутил блага от экономического чуда. В стране начались антиправительственные демонстрации.

Чем дальше в джунгли, тем больше проблем. В ноябре Национальный конгресс проиграл выборы в важном штате Бихар, хотя избирательной кампанией там руководил Рахул Ганди – сын Сони, внук Индиры, правнук премьера Джавахарлала Неру. А ведь это его прочили на пост главы правительства.

Еще больший удар нанесли коррупционные аферы, совершенные сановниками правительства. Прокуратура возбудила следствие против Суреша Килмади, организатора осенних игр Британского содружества, а также против Лалито Моди, основателя и руководителя профессиональной лиги крикета. Обоих обвинили в коррупции. В отставку был вынужден уйти премьер штата Махараштра, который выделял участки, предназначенные для строительства дома в Бомбее для вдов военнослужащих, фирме, а та начала возводить на них элитный микрорайон. Министр связи Райя за бесценок продал знакомым предпринимателям лицензии на организацию сети мобильной связи. Если бы вовремя не спохватились, бюджет государства потерял бы 40 миллиардов долларов. Дело спустили, впрочем, на тормозах: министр отделался лишь лишением своего поста.

Социологические опросы тут же зафиксировали спад поддержки населением руководства Национального конгресса, в том числе Сони Ганди и ее сына.

Учуяв слабину, оппозиция решила нанести правительству смертельный удар. Но она не смогла лично обвинить в коррупции премьера, который, – а это знает вся страна, – придерживается аскетического образа жизни. Тем не менее ему поставили в упрек снисходительное отношение к чиновникам-коррупционерам и отсутствие достаточной решимости, которой должен обладать настоящий руководитель.

«И всё же конгресс, – написал в еженедельнике «India Today» известный публицист Арун Пури, – имеет время, чтобы исправить ошибки. Проблема, однако, в том, что он должен действовать быстро и решительно, но, к сожалению, эти качества не самые сильные у премьера».

На декабрьском съезде конгресса Сони Ганди потребовала создать специальные трибуналы, которые в ускоренном темпе должны расследовать коррупционные дела. Премьер Сингх распорядился разрушить в Бомбее 30-этажное здание, построенное на взятки. Одновременно он напомнил, что представители оппозиционной Народной партии, как, например, премьер штата Карнатака, тоже за бесценок продавали родственникам и знакомым участки под застройку, чья стоимость исчислялась миллионами. Кроме того, премьер пообещал омолодить кабинет министров, средний возраст членов которого превышает 70 лет. По мнению руководства конгресса, эти меры убедят избирателей и обеспечат победу на выборах. Однако ближайшие выборы в необычайно политически важных штатах Уттар-Прадеш, Тамилнад, Бенгалия покажут, сумеет ли конгресс выиграть их, а следовательно, и сохранить за собой власть.

Восточный сосед – Индия небезразлична для России. И не только потому, что на каждом шагу у нас ее ароматный чай, ласкающие тело ткани, лекарства (они на нашем рынке занимают 34 процента). Ожидается, что российско-индийский товарооборот достигнет за 2010 год 10 миллиардов долларов. Не секрет, что в правительстве и вооруженных силах соседей есть политики, которые ратуют за развитие сотрудничества в первую очередь с Западом. И Запад, прежде всего США, борется за индийский рынок, особенно высоких технологий, вооружений, строительства АЭС. Роль этих рынков, бесспорно, велика, но ведь есть еще одно поле – духовное. Торговля, как считают эксперты, должна не вредить, а углублять духовную близость, которая традиционно существует между Россией и Индией.

 

Анатолий Петрович Шаповалов