Главная       Дисклуб     Наверх  

 

Как Железный Розанов

расчистил путь Железному Феликсу

 

Первым пораженцем, прославленным освобожденной от большевизма российской печатью, был В.В. Розанов, которого за несогласие с большевизмом назначили гением. Сам Никита Михалков, воздев перст к небу, вещал по Первому стоку: «Розанов сказал!» У этого деятеля культуры вообще большая склонность бежать впереди паровоза, не ознакомившись с расписанием.

Сначала ВВ восхищался тем, что на его глазах гибнет цвет нации: «Свежие и сильные люди прямо уезжают на фронт, чтобы отдохнуть душою в сырости и холоде окопов». Куда, отметим справедливости ради, Василий Неподкупный никогда не рвался поднабраться вшей и впечатлений, просидев всю сознательную жизнь в самом глубоком тылу из числа возможных, среди слабых и несвежих, поскольку, одолеваемый приступами жадности, не смог перейти к приступу городов (а на старости лет менять привычки весьма непросто). Ему все-таки хватило ума не отправится на передовую лично, как это сделал один австрийский профессор непризывного возраста. Отдыхать же он предпочитал на даче, которую снимал на лето, как принято среди благоразумных людей. Василий Железный не стремился себе генофонд отморозить в сырости и холоде окопов, поскольку был уверен, что жить на пользу Родине гораздо похвальнее, чем умереть за нее. Да и вообще ратные подвиги проще прославлять, нежели совершать.

В ратных подвигах ВВ не был замечен. Это, однако, не мешало ему ругательски ругать оставивших работу и войска без боеприпасов рабочих. При одинаковости душевных качеств у народа одни имеют право добиваться улучшения условий жизни, а другие нет. Василий Железный Дух поливал грязью бойцов на Румынском фронте, самовольно оставивших окопы, и воспевал начсостав, который, подобрав брошенные нижними чинами винтовки, пытался удержать занимаемые рубежи.

Но когда господа (только не из Женевы, а из Берлина) прорвали фронт и неисчислимыми ордами вторглись, наподобие идей переустройства общества, в исконную Россию и рванули к Петрограду, ВВ уже поднял лапы в гору. При этом он не просто признал поражение перед лицом превосходящих сил противника, а стал большим пораженцем, чем все большевики, вместе взятые. Что не удивительно: первыми на сторону врага всегда перебегают самые крикливые сыны Отечества, ибо у них благородный пламень любви к собственной стране горит намного ярче, чем у прочих, и, стало быть, быстрее кончается горючее.

При прорыве немцев его опять прорвало. Оказалось, что он совершенно напрасно отдал безвинных профессоров в солдаты: немцы не только не собирались стирать нас с лица земли, но, напротив, сами собирались стирать нам портянки. «Под немцами нам будет лучше!» – завопил неподкупный страдалец за Россию, будучи не в силах оказывать сопротивление запаху немецких сосисок.

Сторонник войны до победного конца, – бог знает, что он понимал под этим с его слабостью здоровья, – принялся объяснять оказывающему бесполезное сопротивление Оболенскому: «Немцы наведут у нас порядок… Не будут брать взяток… научат нас русскому патриотизму…». Как ни крути, нам без немцев нет спасенья. Не каждый контуженый смог бы такое выдумать. Таким образом, ВВ вторично призвал в страну варягов. Причем по тем же основаниям: страна велика и обильна, а вот порядка в ней нетути. Что же касаемо зря загубленных профессоров, так бабы еще нарожают.

Провидец, светильник разума которого начал гореть хуже сделанной из снаряда коптилки, начисто опроверг большевицкое учение о всяких там справедливых и несправедливых войнах. Оказалось, что Германия ведет войну не за передел мира, а исключительно для того, чтобы избавить не подкупленного немецким генштабом ВВ от грязного и тяжелого труда, которого он всю жизнь так опасался. Немцы «будут нам служить»: «будут нам рыть руду… пахать землю…», а также «изготовлять французские горчичники», которые царская Россия так и не научилась изготавливать самостоятельно. Даже варенье... и то будут варить немцы. Обломову останется только потреблять его зимой с чаем.

И если бы немцы действительно собирались это делать, это было бы лучшим подтверждением мысли провидца, что «Европа вырождается». Обычно побежденным от победителей достаются не французские горчичники, а французская болезнь, но Василию Железному надо было проявлять не знание законов общества, а преданность будущим хозяевам.

Несколько позднее по пути Розанова побрели просто толпы его почитателей с руками без признаков трудовых мозолей, которым тоже показалось, что немцы будут на них работать. Только руки были не поднятыми, а протянутыми. Попутно загаживались в прямом и переносном смысле памятники всем, кто боролся с тевтонскими нашествиями, от Александра Невского до Зои Космодемьянской. «Не были бы вы дураками, мы бы сейчас пили баварское пиво», – злобствовали над могилами павших «благодарные» потомки.

Газеты, в которых призрак немецкого пива вытеснил призрак коммунизма, наполнились рассказами о подвигах рыцарей СС до такой степени, что сами немцы начали пугаться...

Отметим, что некоторые всё еще не теряют надежды использовать фашизм для окончательной победы над большевизмом. Когда во Львове топтали в последний раз красное знамя и нападали на участников войны до такой степени, что российскому консулу, пожелавшему возложить венок на могилы павших, едва ли не понадобился венок на собственную могилу, спецкор «ЭМ» на Украине Скоропадский Второй счел, что было всего лишь возмущение против большевизма. «Ну, тогда ничего, можно», – решили в редакции «ЭМ».

Господину Шендеровичу не нравятся георгиевские ленточки? А это всего лишь очередная попытка вытеснить из памяти народа Красное Знамя Победы, раз уж не удалось любителям потоптать Красное Знамя в Госдуме его упразднить в законодательном порядке. Ограничились снятием с оного серпа и молота, поскольку любые намеки на честный труд вызывают у части наших сограждан такой вой, словно они этим серпом по жизненно важным частям тела получили. Эти ленточки, которые согласно правительственному разъяснению восходят к святому Георгию, великому христианскому мученику, представляют собой очередной плевок на могилы павших. Ведь св. Георгий, согласно преданию, был дважды воскрешен, а потому два цвета ленточки, оранжевый и черный, означают смерть и воскрешение. Из миллионов погибших во Второй мировой не был воскрешен ни один...

 

Е.А. Пырков