Главная       Дисклуб     Наверх на "Трудовые коллективы"     Наверх на "инновационный портал"

 

  

А ЕСЛИ ВЗГЛЯНУТЬ НА КОЛЛЕКТИВ ПОПРИСТАЛЬНЕЕ?

САМОУПРАВЛЕНИЕ ПРЕВЫШЕ ВСЯКИХ «ПРАВ ЛИЧНОСТИ»

 

Самоуправление – притягательная идея, поскольку действительно всеобщее самоуправление народа есть его освобождение от какого-либо волюнтаристского диктата, от эксплуатации человека человеком. Всеобщее самоуправление превыше всяческих «прав человека», которыми так кичится буржуазия. Однако в нынешних общечеловеческих понятиях эта идея далеко не однозначна.

Хотя идея самоуправления и «висит в воздухе», она имеет неодинаковое и, следовательно, неадекватное представление в умах самих сторонников самоуправления. Враги же самоуправления видят в нем лишь анархический хаос. Поэтому подлинное самоуправление нужно строить заново. Вначале имеет смысл определиться: самоуправление – чего?

Прежде всего определим материальную сторону этого «нечто», которое определяется психофизическими способностями гомо сапиенса.

Самоуправление способно иметь место только в среде вполне знакомых людей, занятых совместной целенаправленной деятельностью, то есть трудовой деятельностью. Эта среда именуется «трудовой коллектив». Однако под коллективом часто понимают общность малознакомых, односторонне знакомых или вообще не знакомых друг с другом индивидов. Такие понятия «коллектива» не блещут корректностью.

Да и среда хорошо знакомых трудящихся людей не выражается однородно. Здесь вступает в действие генетическая человеческая психика, разделяющая эту среду на очень хорошо, близко знакомых и просто хорошо знакомых, а также знакомых лишь в личностном воображении. Психологический генезис имеет истоки в изначальном формировании общества – первобытной общины рода человеческого.

Число близко знакомых невелико: до десяти человек. Это ощущение близости восходит к архантропному стайно-семейному «предматриархату».

В настоящее время такие отношения складываются в семье, в слаженной производственной бригаде, в компании друзей, которых человек запоминает на всю жизнь, как бы она в дальнейшем ни сложилась.

Хорошо знакомых на порядок больше – сотня. Соответствует первоначальному человеческому матриархальному роду, когда браки внутри рода были запрещены. Тогда начался осознанный труд на благо общины. И до сегодняшних дней сотенная группа составляет основу трудового взаимодействия людей, способных самостоятельно вырабатывать общественно необходимый продукт труда, с пониманием смежных функций друг друга по горизонтали и вертикали. Даже основное армейское подразделение, предназначенное к непосредственному, понятному для всех выполнению задачи составляет роту (около 100 солдат). Кто служил «срочную», это хорошо помнит.

Первую группу психологи обозначают как «малую группу», вторую – просто: «номинальный коллектив». Число членов таких групп и коллективов может значительно варьироваться, но – от своего номинала (соответственно десятка или сотни). Причем формирование коллектива второго порядка численности (около ста человек) непосредственно отрицает функциональное доминирование «малой» группы (первого порядка численности), подчиняя ее действия интересам «номинального коллектива». А вот высшего (от третьего до десятого) порядка человеческие группировки продуктивно формируются сугубо социально, но исходя из ячейки психологически связанных индивидов, «кирпичика», сотенного коллектива.

Конечно, в жизни чаще всего происходит не так, как классифицируют психологи. Последние лишь определяют психологическую оптимальность общения, то есть материальное выражение генетически индивидуальных человеческих коллективных способностей.

Идеальную сторону, свойства структуры и качество самого коллектива, где материальные индивиды обретаются, должны исследовать социологи. В советское время такие социологи также назывались «психологами», поскольку вмешиваться в законодательно установленные государственные социальные структуры было так же предосудительно, как и выражать всякого рода сомнения верности «линии партии»ачество__________________________________________________________________________________________________________. Поэтому психолого-социологи работали в тех сферах, которые прямо не касались общественного производства, например в школьном образовании. Однако эти психологи в иносказательной форме сумели прийти к таким уникальным выводам в уровнях развития коллективизма, что их теоретико-экспериментальные разработки легко применить и в практике всего общественного воспроизводства.

Рассмотрим развитие коллектива в восходящем порядке.

Нулем коллектива, конечно, выступает личность, индивидуум. Несмотря на то, что личность, особливо образованная, мысленно способна объять весь мир, сделать в одиночку она не может ничего. Даже такой великой личности, как Ленин, не под силу на слабо организованном ленинском субботнике в одиночку «поднять простое пятивершковое бревно». Это очень метко, по поводу бревна и партии, выражено пролетарским поэтом: «Единица – вздор. Единица – ноль». Но всё начинается с «нуля», точнее, с неустроенных единиц, с тех личностей, личностное состояние которых их же не удовлетворяет.

Неустроенные единицы («нули», личности) собираются «до кучи», следуя какой-нибудь насущной жизненной необходимости (иногда из праздного любопытства, тоже насущной необходимости). И вот мы видим «табунок» ожидающих у автобусной остановки, на вокзале, очередь для оплаты «коммунальных услуг», зрителей чего-то, где-то, «тусовщиков», участников дискуссии, наконец. Все абсолютно свободны от этого примитивного коллектива, все отрицательно к нему относятся, и все абсолютно бессильны что-либо изменить в данной ситуации. Но все абсолютно уверены в единстве своих индивидуальных целей: ждать, ехать, смотреть, показаться, высказаться... Такой низший уровень коллективизации обозначим просто: «Собрание», которое относится к начальному классу, «Конгломерат». Сознательность действий Собрания предельно низка, характеризуется хаосом личностных качеств. Конформизм же (стадность действий), наоборот, предельно высок.

Чем дольше такое примитивное «общение», тем лучше люди узнают друг друга и общие цели тоже. Резко спадает конформизм, участники общения осознают сущность ситуации. Сущность эта пока еще примитивна: быть или не быть, участвовать или не участвовать в дальнейшей «тусовке». «Члены коллектива» по-прежнему свободны друг от друга и ничего не в состоянии изменить. Но сам поиск смысла данной коллективизации определяет особое состояние коллективного Конгломерата. Такой уровень коллективизации назовем «Целеполагание».

Далее происходит не только коллективное знакомство на уровне общих задач, люди знакомятся с выразителями этих общих задач – друг с другом и... с лидером. Это – высшее состояние коллективного Конгломерата, когда люди, выбрав именно этот коллектив, непосредственно определяют свои личные потребности в коллективных возможностях путем личностного общения. Присвоим такому уровню коллективизации наименование «Знакомство». Этот высший конгломератный уровень коллективизации еще нельзя назвать в полном смысле слова коллективом, поскольку каждый член этой группы преследует сугубо личные цели независимо от общих, которые тоже в дефиците. Такой коллектив еще нужно организовать для общих целенаправленных действий.

После назначения руководителя и внутригрупповых обязанностей этим руководителем коллектив переходит из конгломератного класса в класс «Организация» (сверху), на первый его уровень – «Ассоциация». Принимая личные коллективные обязательства от руководителя, каждый еще далеко не четко их себе представляет и достаточно произвольно трактует. Но чем лучше эти обязанности понимаются их принявшим, тем далее Ассоциация уходит от конгломератного состояния... И тем больше хлопот она доставляет руководителю, поскольку для каждого члена коллектива его назначенная функция представляет личностное самовыражение и личный престиж в коллективе, способствующий межличностной конкуренции.

Высшим, с точки зрения руководителей, уровнем коллективизации является Кооперация, когда каждому члену его обязанности известны, вплоть до специализации. Тогда со всех можно спрашивать «по полной программе». И хотя коллектив по-прежнему целиком зависит от руководителя, способного его «распустить», на уровне Кооперации при не снижающейся межличностной конкуренции уже проявляется коллективная самоцель, не зависимая от руководящих указаний. Однако структура функционального взаимодействия целиком помещается в голове руководителя Кооперации.

Высшим же уровнем класса «Организация» выступает Корпорация, коллектив с ярко выраженной его самоцелью. Этот уровень «советские» социалистические психологи выбросили за функциональную характеристику развития коллективизма, как «извращение», как «антиколлектив». Корпорация и действительно извращает смысл общественной коллективности, поскольку ей чужды общественные устои и даже сама человечность в таком коллективе подчинена лидерской корпоративности. Однако лидерство здесь имеет значение, подчиненное внутриконкурентной борьбе, а специализация членов Корпорации существенно склонна к взаимозаменяемости (то есть к самоуправлению). И самое существенное: Корпорация имеет общий материальный фонд, «общак».

И лишь осознав себя функциональной дееспособной единицей, коллектив способен перейти в класс «Автономия», то есть стать самоуправляемой и общественно взаимосвязанной ячейкой, живой клеточкой общества. Для этого он обязан воспроизводственно и самоуправляемо структурироваться. Никакие «открытые», «случайностно-стохастические» и иерархические приемы для этих целей не подойдут. Здесь целиком следует использовать диалектический метод: четко представлять себе функцию целей и их средств – в структуре воспроизводства коллективных действий, зависимой от аналогичных автономных коллективов.

Первый уровень Автономии так и обозначим – «Структуризация», когда коллектив еще только организуется по структуре самоуправления, а члены коллектива, хотя и прекрасно представляют свои обязанности, еще недостаточно вникли в специализацию товарищей. В таком «самоуправлении» еще требуется руководитель, составитель самоуправляемых воспроизводственных программ, и отсутствует основной момент – Взаимозаменяемость. На этом уровне коллективизации идет постоянная учеба и самообразование. Специалист становится универсалом. Ему становится понятным коллективный воспроизводственный цикл.

Когда же специализация каждого достигнет достаточной для коллектива широты «профиля», когда каждый в коллективе получает способность ориентироваться в общеколлективном функционировании, вплоть до подмены любого специалиста на какое-то время, тогда этот коллектив выходит на новый уровень – «Референтность». Каждый член коллектива теперь способен выступать от имени целого коллектива в качестве референта. Коллективная Референтность есть собственно Автономия, когда коллектив становится дееспособной общественной клеточкой, воспроизводственной ячейкой общества.

Высший уровень коллективизации точнее будет назвать «Органичность» (или «Коммуна»; советскими психологами он обозначен как «Подлинный коллектив»). Он возникает при совершенном знании каждым не только внутриколлективной специализации, но и места его коллектива в обществе, т.е. коллективной общественной необходимости. На этом высшем уровне коллективизации человек целиком освобождается от всякой эксплуатации: вольной или невольной, внешней или внутренней и даже от самоэксплуатации (трудоголизма) – трудом разумным, подлинно коллективным; человек становится существом общественным и потому свободным, и общественные цели становятся его личностно значимыми.

Данная характеристика материальных (количественных) и идеальных (структурных) уровней развития коллективизма прежде всего позволяет выявить принадлежность того или иного уровня определенному способу производства. Так, конгломератный класс коллективов присущ рабовладению, а организованный (сверху) наиболее подходит капиталистическим способам производства. Коллективный класс Автономия, характеризуя собою коллективное воспроизводство, позволяет его членам разумно самоуправляться на всех его трех уровнях. Но это возможно только в том случае, если будет создан воспроизводственный комплекс автономий, тогда и распределение результатов труда каждой коммуны определится по научно рассчитанной потребности.

Этот подлинный самоуправляемый «трудовой коллектив надо сначала сформировать… А мы его пытаемся найти, как геологи – полезное месторождение. А его там нет. Есть базовая предпосылка… Коллектив надо формировать, выполняя работу отчасти проектировщика, отчасти педагога, отчасти кадрового агентства и т.п. Может быть, изнутри, может быть, извне… Самостийно трудовые коллективы не формируются…» (Проскурин А.П. «Свободная трибуна». «ЭФГ» № 15–16/2011).

Следует заметить, что буржуазно-монополистические предприниматели не всегда боятся самоуправления. То, что верхушка отраслевых и государственных корпораций самоуправляема, ни для кого не является секретом. А японский опыт производственного самоуправления еще в 70-х гг. XX века достигал уровня Референтности (под контролем собственника материальных средств производства). Этот опыт тогда даже был воспринят некоторыми американскими фирмами, правда, долго там не продержался, хотя изначально структурирование процесса производства, с зачатками «взаимопонимания» («тейлоризм») зародилось на рубеже прошлого века именно в США.

То есть, в принципе, по поводу самоуправления пролетариату с буржуазией можно иногда договориться. В этом случае пролетарским лидерам достаточно иметь методику самоуправления и уметь доказать предпринимателю его выгоду от внедрения самоуправления на его предприятии. Но поскольку эта методика будет существовать в зависимости от воли и настроения капиталиста, самоуправляемый пролетариат не сможет чувствовать себя спокойно (свободно) на своем (не своем) предприятии.

Поэтому, так или иначе, потребуются общественные (политические) меры для узаконивания самоуправления на местах. Движение за легитимность «народных самоуправляемых предприятий» можно только приветствовать. Но на передний план должны выступить пролетарские лидеры, имеющие на руках реалистическую теорию структурирования общественного самоуправления на уровне органичных Автономий (Коммун) и системы нетоварного обмена. И без грамотных юристов, конечно, не обойтись.

Реализация Автономичной общественной системы (производственной коммунизации) возможна экономическим, политическим и военным путем и даже в одной стране, но с обязательным наличием готовой, смоделированной коммунистической науки в революционной среде. Этот путь не быстрый и не простой, но единственно верный и вполне реальный.

 

 

Валерий Вениаминович

Предтеченский