Главная       Дисклуб     Наверх  

 

А был ли когда-либо смысл в категории «стоимость» в рамках интерпретации трудовой теории стоимости?

 

(В продолжение обсуждения категории «стоимость», начатой авторами статей [1, 2, 3].)

 

Часть I. Стоимость как категория эволюционной экономики

Понятие экономического пространства

Раскрывая сущность категории стоимости с позиций эволюционизма, отметим, что само это явление (эволюционизм) означает процесс необратимого, положительно направленного, циклического развития всего комплекса производительных сил и производственных отношений общества под воздействием объективно существующего механизма регулирования, так называемого воспроизводственного кода. Этот механизм непрерывно и последовательно воспроизводит рыночные принципы и факторы технико-технологической и организационной изменчивости в условиях конкурентной борьбы рыночных субъектов за существование, естественного (со стороны рынка) и искусственного (со стороны государства) отбора высокоэффективной техники, более совершенных технологий, организационных улучшений, наследственного их распространения и закрепления в рыночной среде.

Исходя из этой позиции, заметим, что если субстратом взаимоотношений в живой природе является ее материально-вещественная основа, то есть материальные тела и вещество являются предметом любых взаимоотношений живых организмов между собой и косной природой, то в экономике и обществе совсем другое дело. Экономика, так или иначе являясь частью биогеоценоза, функционируя в физическом пространстве, в то же время имеет свое параллельное, особое пространство – экономическое. Не будет ошибкой назвать его денежным или стоимостным пространством, поскольку отношения в нем строятся на основе денег, являющихся измерителями так называемой стоимости. Поэтому говорят, что деньги есть мера стоимости. Мерой стоимости они становятся в силу приобретения свойства всеобщего эквивалента, то есть такого свойства, которое позволяет им, как материальному телу, обмениваться на любой товар.

Таким образом, в экономике существует материально-вещественное пространство, или материально-вещественная сторона общественного производства, и стоимостное или денежное пространство – денежная сторона общественного производства.

Деньги – это товар, натуральная форма которого выступает в форме всеобщего эквивалента обмена или стоимости. Классическое определение стоимости – овеществленный в товаре общественный труд. С последним согласиться трудно, поскольку в приведенном определении стоимости, кроме попытки подмены понятий – денег, как всеобщего эквивалента, на труд, которому пытаются придать то же значение, ничего другого, приближающего нас к сущности категории стоимости, нет. К тому же заметим, что в бытность при социализме советская экономическая наука так и не смогла доказать соизмеримость общественным трудом стоимостей производимых в экономике товаров. Таким образом, в соответствии с вышеуказанным требуется, на наш взгляд, обеспечить более глубокое обоснование данной категории – категории стоимости.

В соответствии с такой постановкой проблемы, а также исходя из позиций эволюционного анализа, отметим, что деньги в экономике, иначе говоря, денежный субстрат – это в определенном смысле среда, в которой «обитают» люди как экономические субъекты. В чем же заключается «анатомическое» содержание этой среды и «обитания» в ней людей?

 

Проблема измерения стоимости

Общественное производство и воспроизводство представляют собой непрерывный эволюционный процесс преобразования природы в интересах человеческой цивилизации. В этот процесс вовлекается бесчисленное множество компонентов как в форме естественных ресурсов, так и искусственно произведенных товаров. В процессе их использования люди вступают в технико-технологические и организационные отношения, которые постоянно направлены на упорядочение ингредиентов товаров на каждой стадии технологической цепочки их производственного передела.

Почему такая нацеленность на упорядочение проходит сквозной нитью в производственной деятельности людей? Потому, что экономика, как это утверждается в трудах многих специалистов, является самоорганизующейся системой, а каждая самоорганизующаяся система, как указывает на это Н.Н. Моисеев, подчиняется в процессе самоорганизации синергетическому критерию минимума диссипации (расщепления, рассеивания) энергии. Отсюда нельзя не понять, что этот критерий определен как бы в качестве целевой функции такого эволюционного процесса, как общественное производство и воспроизводство, разворачивающихся во времени под воздействием факторов изменчивости, отбора и наследственности.

Принцип минимума диссипации энергии реализуется в экономике в первую очередь на основе упорядочения структур больших и малых систем, динамической трансформации состояний и процессов. Вследствие этого в экономических системах уменьшается энтропия, как мера неупорядоченности и хаоса, увеличивается негэнтропия, как мера упорядоченности и организованности систем.

Поскольку главным субъектом эволюции в экономике является человек, как личный фактор производства и носитель общественного интеллекта, то задача достижения указанного критерия как бы «поручена» природой именно ему. При ее исполнении ему пришлось столкнуться с огромным комбинаторным множеством производственных ингредиентов, упорядочения которых требовало производство товаров. Соответственно, этот процесс не мог осуществляться без соизмерения, сравнения, сопоставления всех его составляющих. Поэтому перед ним неизбежно вставала другая – вспомогательная задача: как обеспечить эту соизмеримость, сравнимость, сопоставимость, чтобы понять, в какую сторону и каким образом обеспечить указанный процесс упорядочения.

В соответствии с критерием минимума диссипации энергии направление упорядоченности было очевидным – в сторону минимизации затрат ингредиентов. А вот для обеспечения их соизмеримости необходим был эталон, как мера единообразного измерения любого из них. В конце концов его поиски привели к собственным деньгам и их единице практически в каждом государстве. С изобретением денег появилось средство перевода мира вещей в мир стоимостного пространства, в котором любое потребление ресурсов и любое производство товаров оказались сравнимы и сопоставимы между собой. И здесь возникает вопрос: почему же вдруг в экономической теории (политической экономии) – науке, призванной раскрывать сущность экономики, появилась необходимость соизмерять производственные ингредиенты и произведенные в общественном производстве товары в другом измерителе – общественно необходимых затратах труда (ОНЗТ)?

На наш взгляд, ответ состоит в том, что измеритель сопоставления товаров – деньги как эталон измерения – был найден, а вот той субстанции, которую можно было бы измерять данным эталоном, в материально-вещественной форме не оказалось. То есть если деньги были призваны измерять стоимость товара, то самой этой стоимости в явном виде просто не существовало и не существует, подобно тому как в физической системе мер и весов объекты измерения представлены в натуре так, что можно прийти и измерить, например, их вес, положив на одну чашу весов гирю, как эталон его измерения, а на другую – саму вещь, или длину, ширину, высоту объекта, взяв метр, как эталон измерения длины, и т.д.

Попытки измерения стоимости на основе калькуляции себестоимости также не приводили к успеху, так как результат такого измерения не являлся окончательным. При постоянстве материально-вещественной формы и качественных характеристик товара в процессе дальнейшего его продвижения в рыночном обороте возникали и другие оценки его стоимости, которые никак не способствовали получению окончательного ответа на вопрос по поводу стабилизации его стоимостной характеристики, например, как в случаях измерения физических свойств вещей – длины в метрах, веса в кг и т.п.

И всё же, несмотря на указанные проблемы, в конце концов каким-то образом окончательная цена товара на рынке устанавливается и в соответствии с ней происходит обмен товара на деньги. Загадочность этого явления обусловила вывод о том, что к окончательной цене и обмену товара приводит какое-то невидимое содержимое товара – мистическая субстанция, обладающая свойством измерения в деньгах, как эталонном измерителе стоимости товара. Причем автоматически, без субъективного вмешательства человека. Наиболее видимой, лежащей на поверхности производственных отношений субстанцией, оказался труд, как конкретная затрата человеком времени и физической и духовно-интеллектуальной энергии. Оставалось обосновать его в виде этой субстанции, что и было сделано в форме общественно необходимых затрат труда (ОНЗТ).

Однако вся беда состояла в том, что и такое измерение трудом не решало всех проблем соизмерения стоимости товаров. Она оказалась неуловимой характеристикой товара, меняясь как бы при каждом удобном случае. Например, производитель товара оценивает стоимость по-своему, потребитель – тоже по-своему, а в конечном итоге возникающая в виде рыночной цены ее величина может вовсе не совпадать с предыдущими оценками. Возникает вопрос: почему же природа человеческих взаимоотношений не дала человеку точный и стабильный способ измерения стоимости товаров?

Ответ на этот вопрос помогает сформулировать эволюционная теория развития экономики. Если в отношении материального мира можно сказать, что свойства вещей и их измерители относительно человеческого бытия достаточно стабильны и способны в своей основе сохраняться постоянно, обеспечивая и постоянство материального мира, то в отношении мира производственно-экономических отношений человека этого сказать нельзя. Мир денег и цен не стабилен и не постоянен. Они различны в экономиках стран, меняются во времени, дестабилизируя содержание стоимости в товарах и значение показателей, отражающих ее.

Соответственно, материальный мир, окружающий нас, в отношении своей эволюции не испытывает той динамичности, которая присуща человеческому обществу и сфере экономических взаимоотношений человека. Экономика и общество развиваются непрерывно, да еще по экспоненциальному тренду. Очевидно, что природа наделила человека такими обстоятельствами существования не напрасно. К субъективному фактору ускорения эволюции – общественному интеллекту – добавила и объективное основание – непрерывно меняющееся стоимостное пространство на основе изменения значений его параметров, как условие постоянного возникновения новых задач перед интеллектом человека в области самого необходимого для его жизни направления деятельности – производства материальных и духовно-интеллектуальных благ. Процесс их решения, как непременный атрибут жизнедеятельности человека, оказывается необходимым условием ускоренного развития экономики и общества и тем генерирующим фактором, который не позволяет затихнуть, затормозиться и тем более остановиться процессам эволюции общественного интеллекта и вместе с ним всей человеческой цивилизации.

Отсюда можно сделать вывод, что стоимость не есть какая-то застывшая субстанция, которая определяла бы постоянство нашего мира по подобию постоянства мира физических тел. Она лишь отражение весьма динамичных и разнообразных производственных отношений, в которые вступают люди по поводу производства, распределения, обмена и потребления товаров на основе упорядочения их исходных компонентов. И результаты этого отражения также разнообразны, как и разнообразны сами производственные (экономические) отношения и формы их проявления. В соответствии с этим и возникает иное понимание стоимости и ее определение, как категории экономической теории.

 

Часть 2. Развитие категории стоимости

Определение категории стоимости с эволюционных позиций

При описании эволюционной концепции образования прибыли и методики построения неравновесной модели экономики мы в рамках циклического процесса общественного воспроизводства показали трансформацию стоимости по фазам воспроизводственного цикла [4]. Однако, несмотря на достаточно свободное оперирование категорией стоимости в рамках этих трансформаций, относительно ее самой оставался неясным ответ на вопрос: а что же это такое на самом деле? Независимая от конкретных форм своего представления субстанция, или мера богатства в различных его состояниях, или же просто общее обозначение форм проявления чего-либо?

Сразу же оговоримся, что в рамках эволюционной экономики мы концепции о субстанциональной содержательности стоимости, независимой от форм своего воплощения, не поддерживаем. Для нас в контексте нашего теоретического анализа стоимость, скорее всего, есть категория, выражающая в деньгах какие-либо свойства товара, вытекающие из его функций в процессе производственного оборота по фазам воспроизводственного цикла, в то же время требующая своего сопоставимого измерения в эквивалентном стоимостном пространстве. Попробуем прояснить такое наше понимание.

Поскольку все формы представления капитала в воспроизводственном процессе в виде финансового, производственного и товарного капиталов в конечном итоге всегда сопоставляются с деньгами, таким образом измеряя свое материально-вещественное содержание в стоимостном выражении, то очевидно, что это свойство измерения и соизмерения элементов в деньгах является глубоко присущим экономике, коренным ее свойством. Его носителем в реальной экономике является имеющая всеобщий характер экономическая категория «стоимость». Ее определение, исходя из эволюционных позиций, можно дать в следующем виде: «Стоимость – это количественное выражение в эквивалентном денежном измерителе всеобщих свойств (атрибутов) материальных и нематериальных экономических благ, лежащих в основе рыночных и в целом производственных (экономических) отношений».

Здесь под атрибутом понимается «существенный признак, постоянное свойство чего-либо, неотъемлемая принадлежность предмета» [5]. «Свойство – сторона предмета, обуславливающая его различие или сходство с другими предметами и проявляющаяся во взаимодействии с ними… Свойства, присущие всем предметам или связанные с самой природой материи, называются всеобщими (атрибутами)» [6].

Однако данное определение хоть и достаточно точно передает сущность явления, но является, на наш взгляд, несколько громоздким. Сформулируем его короче: «Стоимость – денежный субстрат форм проявления производственных отношений».

Здесь субстрат – «общая материальная основа всех процессов и явлений; основание, носитель, субстанция» [7]. Или, уточняя: «Субстрат… – носитель свойств предмета; элементарное образование, взаимодействие которого с себе подобными определяет свойства рассматриваемого предмета… В специальном контексте субстрат не тождественен субстанции, он является неизменным носителем свойств только по отношению к исследуемой системе» [8].

В целях единого толкования и другой категории, использованной в нашем определении стоимости, напомним и ее содержательный смысл: «Производственные отношения – общественные отношения между людьми… в процессе производства, распределения, обмена и потребления материальных благ» [9].

 

Виды стоимости как формы проявления производственных отношений

Очевидно, что формы проявления производственных отношений различны. Так, если речь идет о производственных отношениях, возникающих при покупке ресурсов, то денежной формой их проявления оказывается стоимость в виде издержек. Если производственные отношения состоят в оценке затрат на производство единицы товара, то его стоимость уже называется себестоимостью. Если стоимость выражает дисконтированные издержки, то она становится ценой производства. Производственные отношения в процессе обмена проявляются в рыночной цене (меновой стоимости), как форме стоимости. Общественная оценка полезности товара осуществляется через категорию ценности (потребительной стоимости), которая в неравновесной теории, как форма стоимости, определяется средневзвешенными рыночными ценами.

Более того, если мы оцениваем нашу выгоду в результате какой-либо деятельности, то говорим о прибыли. Кто будет спорить, что эта категория не есть форма стоимости? То же касается и экономической прибыли, бухгалтерской прибыли и даже различных форм убытка. Кто опять-таки будет спорить, что они не есть формы проявления отрицательной стоимости?

В своем определении мы не используем понятие субстанции [10], специально подчеркивая, что стоимость не является чем-то существующим «само по себе», не зависящим «ни от чего другого». Напротив, стоимость – это лишь одно из свойств реального мира, выражающееся в способности элементов общественного воспроизводства (экономических благ) измеряться в деньгах. Тем самым и оказывается, что «стоимость – это денежный субстрат форм проявления производственных отношений». Заметим определенное сходство нашего определения категории «стоимость» с марксистским толкованием: «…Стоимость является не свойством вещи, а выражением производственных отношений товаропроизводителей» [11]. Как и у нас, в этом определении стоимость является не свойством вещи, а выражением ее свойств и через это – выражением производственных отношений.

Кстати, имеют ли стоимость в нашем смысле деньги? Имеют. С одной стороны, номинальную стоимость, которая обозначена на ассигнации, с другой – реальную, возникающую на валютном рынке в результате отражения ею национального богатства, с третьей – рыночную – при его производстве и реализации как товара для покрытия денежного обращения.

Таким образом, из рассмотренного нами определения вытекает, что понятие стоимости необходимо в экономической теории вообще и безусловно в эволюционной экономике, как научном направлении экономической теории, как некая абстракция, предназначенная для определения общим термином своих частных образов, которые, имея одинаковое денежное измерение, могут воплощаться в разные формы в зависимости от своей трансформации на различных этапах воспроизводства. Аналогично физическому телу, которое может находиться в различных фазовых состояниях. Например, вода в виде льда (твердое фазовое состояние), вода в виде собственно воды (жидкое фазовое состояние), в виде пара (парообразное фазовое состояние).

Так, в разобранном нами воспроизводственном процессе исходное состояние стоимости – меновая стоимость ресурсов – явилось в виде издержек производства, затем стоимость трансформировалась в себестоимость произведенных товаров, цену производства и т.д.

Интересно, что и здесь – в процессе трансформации стоимости из одной ее формы в другую – мы опять-таки имеем ярко выраженный эволюционный контекст. В нем происходит не просто смена наименований, а развивающийся, циклический процесс: вначале перерождение издержек по приобретению ресурсов в себестоимость вновь произведенного товара, затем ее рост в смысле наращивания стоимости до цены производства. Далее эта цена вместе с товаром выходит на рынок, демонстрируя себя перед другими субъектами рынка – потребителями. Однако последние не очень-то доверчиво относятся к ней и сами оценивают качество товара, сравнивая ее с другой ценой – потребительной стоимостью. В конце концов, в результате такого сугубо эволюционного процесса рождения новой стоимости возникает окончательная ее форма – рыночная цена. Далее в такой форме она вступает в следующий кругооборот, принимая участие в формировании начальной формы стоимости в рамках воспроизводственного цикла – издержек по приобретению ресурсов.

Таким образом, мы отходим от марксистской интерпретации стоимости, над которой явно довлеет идеологическая нагрузка – вывести труд как всеобщее основание производственных отношений, включая и распределение экономических благ и доходов, и на этом строить антагонистические классовые отношения как условие формирования будущих классовых боев и гражданских войн. Иначе антагонизм классов не обосновать, поскольку взаимоотношения рабочих и предпринимателей внутри производства строятся на отношениях сотрудничества и классового взаимопонимания. Случаи классовой неприязни внутри производства – это противоречащие общей практике производственных отношений исключения, которые благодаря теоретическим инсинуациям стали гимном революционных столкновений классов.

Классовые противоречия уже давно вышли за пределы предприятий в сферу общественного распределения доходов и благ. Следовательно, своих классовых противников обладателям способности к труду и вообще участникам общественного производства надо искать не в реальном секторе экономики, а над ним – в надстройке общества. Надстройка же общества представляет собой совокупность не столько «политических, правовых, идеологических, национальных, семейных и других общественных отношений и институтов» [12], а в первую очередь экономических отношений и институтов, которые осуществляют общественное, общегосударственное распределение доходов и благ. И как видно из предыдущих рассуждений, главным критерием распределения в обществе должен быть не столько и не чисто трудовой вклад, и не размер обладания собственностью, а величина духовно-интеллектуального участия людей в общественном производстве и воспроизводстве, благодаря которой возникает основная составляющая национального дохода – прибыль.

Соответственно, стоимость товара не есть независимая от форм своего представления субстанция, довлеющая над действиями экономических субъектов, делающая их зависимыми от нее. Напротив, стоимость – это лишь отражение тех производственных отношений, которые возникают на различных этапах воспроизводства товара. Она существует, ее элементы возникают не только в сфере производства, но и в сфере обращения, как это мы показали при изложении эволюционной концепции образования прибыли. В экономической же теории касательно категории стоимости настала пора снять ту идеологическую подоплеку всеобщности живого труда, как некоей субстанции, определяющей поведение людей во всех сферах общественного воспроизводства.

 

Вил Касимович Нусратуллин,

доктор экономических наук,

профессор кафедры общей экономической теории,

 

Ильмир Вилович Нусратуллин,

кандидат экономических наук,

доцент кафедры маркетинга и менеджмента

Башкирского государственного университета

Уфа

Продолжение следует.

 

Примечания:

 

1.    Петров В.П. Не оскудела еще здравыми людьми Русь! // «ЭФГ» № 11/2017, http://www.eifgaz.ru/dymov-11-17.htm.

2.    Беляев Л.С. Утрата смысла категории «стоимость» в социалистическом производстве. // «ЭФГ» № 3/2017, http://www.eifgaz.ru/belyaev-3-17.htm

3.    Беляев Л.С. Утрата смысла категории «стоимость» в социалистическом производстве (часть 2). // «ЭФГ» № 4/2017, http://www.eifgaz.ru/belyaev-4-17.htm.

4.    Нусратуллин В.К., Нусратуллин И.В. Evolutionary theory of economic development (эволюционная теория развития экономики). Raleigh, North Carolina, USA: Lulu Press, 2016. С. 80–122.

5.    Современный словарь иностранных слов. СПб.: «Дуэт», 1994. С. 74.

6.    Философский словарь / Под ред. И.Т. Фролова. 5-е изд. М.: Политиздат, 1987. С. 421.

7.    Современный словарь иностранных слов... С. 585.

8.    Кириленко Г.Г., Шевцов Е.В. Философский словарь. Справочник студента. М.: Филологическое общество «СЛОВО», ООО «Изд-во АСТ», 2002. С. 530.

9.    Политическая экономия: Словарь / Под ред. М.И. Волкова. М.: Политиздат, 1979. С. 317.

10. «Субстанция (лат. substantia – сущность; то, что лежит в основе), объективная реальность; материя в единстве всех форм ее движения; нечто относительно устойчивое; то, что существует само по себе, не зависит ни от чего другого». Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А.М. Прохоров. 2-е изд. М.: Сов. Энциклопедия, 1983. С. 1278.

11. Политическая экономия: Учебник. А.М. Румянцев, Г.А. Козлов, М.И. Волков и др. Изд. 2-е. В 2 т. М.: Политиздат, 1977. Т. 1. Капиталистический способ производства / Редактор тома Г.А. Козлов. С. 89.

12. Политическая экономия: Учебник для вузов / В.А. Медведев, Л.И. Абалкин, О.И. Ожерельев и др. М.: Политиздат, 1988. С. 46.