Главная       Дисклуб       Наверх       Что нового?  

 

Почему Москва считает всех славян предателями?

 

Мутации РФ выразительно проявляются в славянофобии, в частности в украинофобии, как национальной идее федерации... Ненависть кремлевского кагала к украинскому народу носит генетический характер...

Что такое современная Российская Федерация?

Телекартинка с гламурными ведущими неопределенного пола или генетически вырожденные села Нечерноземья, контролируемые авторитетами? Совокупность того и другого, экзотическая безысходность с жириновскими в роли санкционированных Сурковым-Дудаевым черносотенцев.

Такая РФ, где пафосная истерия компенсирует разворовывание того, что не успели украсть предшественники, Китаю и нужна.

Уже в настоящее время проект “РФ” потерял славянское лицо – достаточно посмотреть выпуски новостей ОРТ, РТР, ТВЦ или какое-нибудь ток-шоу с сериалом. Россия стала этническим бастардом с доминированием политической нации во всех сферах общественной жизни.

Мутации РФ выразительно проявляются в славянофобии, в частности в украинофобии, как национальной идее федерации. Ненависть к Европе является логическим результатом евразийской доктрины, сформулированной Александром Гельевичем Дугиним, которого финансируют, как известно, китайские товарищи.

Китаю нужна РФ не только в качестве территории жизненного пространства и источника естественных богатств – федерация нужна Пекину как механизм стратегического доминирования в масштабах полушария. Стратегическая ось Пекин–Москва является результатом общих интересов элит. Все, что противоречит интересам Пекина, автоматически противоречит интересам Москвы.

"..." Именно поэтому роль Киева как мистического сердца славянской цивилизации вызывает в Москве регулярные припадки буйной шизофрении (эксперты констатируют чрезвычайно большую концентрацию среди украинофобов юродивых, эпилептиков, косых, бомжей – вспомните массовки ПСПУ, Каурова, КПУ). Понимание Кремлем невозможности запретить исторический факт основания Москвы киевским князем Юрием Долгоруким порождает перманентную нервозность кремлевских чиновников. Едва лишь речь заходит об Украине – у вице-премьера РФ Иванова лицо начинает нервно дергаться.

Москва обязана Киеву самим фактом своего существования, и никуда от этого не деться.

                                                                                             Анонимный текст,

размещенный на форуме УНИАН

 

Комментарий "ЭФГ": Фактически в тексте утверждается, что в России в настоящее время правят представители этнических меньшинств, а в перспективе она (Россия) будет включена в геополитическую сферу влияния (орбиту) Китая.

Если отбросить грубо-эпатажную форму и посмотреть в суть, то кое-что можно было бы признать справедливым. Во всяком случае, развитие событий по этому варианту (одному из многих возможных) вполне вероятно.

Однако, как представляется, автор-аноним делает очень крупную ошибку.

Прежде всего, не очень понятно, от имени кого это говорится. Если от имени новой украинской нации, поисками идентичности которой усиленно занимается В. Ющенко, то тогда к чему претензии на первородство Киева перед Москвой в деле, так сказать, исконной русскости, не без изящества обозначенное в конце текста?

А поскольку непонятно, от имени кого, то встает вопрос: зачем? Ну, есть там какие-то москали, в корне отличающиеся об благородных и преисполненных правильных жизненных энергий украинцев, – i нехай собi так i буде!

Словом, те, кто возьмет на себя труд прочитать текст, приводящийся ниже, наверное, сразу поймут, что автору-анониму вряд ли удастся удивить читателей нашей газеты – разве только тоном.

Вот что, например, было сказано по данному поводу только в двух из множества статей, опубликованных в "ЭФГ" по данной теме: "Завещание Кучмы, ловушка Ленина, оранжевая дева и..." (2006 год) и "А нужна ли вообще Киевская Русь?" (2007 год),

                          

                          " Завещание Кучмы, ловушка Ленина, оранжевая дева и...."

 "Все мы из школьного курса истории помним, что некогда (в IX–XI вв.) существовала Киевская Русь – самое большое государство тогдашней Европы. После периода феодальной раздробленности северо-восточная окраина этого государства стала быстро автономизироваться, превратившись во Владимиро-Суздальскую Русь. При этом продолжало существовать и государство с центром в Киеве. И в том, и в другом княжествах правили потомки одной и той же династии – Рюриковичи, при этом старшей считается киевская ветвь.

Отношения между Владимиро-Суздальским и Киевским княжествами были скверными и периодически превращались в кровопролитные междоусобные войны.

После татаро-монгольского нашествия, которое смело с лица земли и Владимиро-Суздальское и Киевское княжества, некогда единая история древнерусского этноса неспешно двинулась разными путями.

Московское княжество, образовавшееся на месте бывшего Владимиро-Суздальского, возвысилось в условиях тяжелейшего татаро-монгольского ига. Киев вместе с прочими западнорусскими землями на 300 лет попал под власть сначала Литвы, а затем Речи Посполитой (объединенного польско-литовского государства).

В 1653 году, после целой серии русско-польских войн, Киев и Москва вновь объединились в рамках одного государства, в котором просуществовали до 1991 года, вплоть до распада СССР.

События августа 1991 года, на мой взгляд, свидетельствуют о том, что центробежные силы, действующие между Москвой и Киевом, в большей степени коренятся в нерешенных внутренних проблемах, нежели являются результатом внешнего давления с любого из геополитических азимутов.

Да, безусловно, существует внешний фактор – геополитическое и всякое прочее давление Запада на Украину. Гораздо меньше мы (в России) замечаем геополитическое давление Востока, прежде всего исламского мира и Китая, на Россию, но и оно существует, проявляясь, например, в структуре внешней торговли России с Китаем и исламским миром. Вопиющий факт, когда в настоящее время мы поставляем туда самые передовые вооружения, оставляя собственную армию с оружием прошлых поколений, как-то проходит мимо нашего сознания. Однако вот простой вопрос: почему же давление Запада не действует так же брутально, скажем, в Белоруссии? Или Востока – в Грузии?

Видимо, от гиперболизации внешнего фактора следует отказаться, не переставая при этом объективно оценивать его наличие. И, следовательно, нам нужно понять, что же нас разделяет в нас самих. Поняв это, мы, возможно, сможем двинуться вперёд.

Итак. Давайте сразу договоримся, что мы не станем много внимания уделять примитивной исторической схеме, которая укоренилась в течение последних двух веков.

В рамках этой схемы Россия была и продолжает оставаться некоей империей, частью которой являлась, а ныне не является Украина. Поэтому в рамках данной традиции все процессы, происходящие ныне между Москвой и Киевом, легко укладываются в привычную схему национально-освободительной борьбы колонии (окраины, украины) против метрополии. Именно так рассматривают отношения между Россией и Украиной 99 процентов аналитиков Запада, прежде всего в Соединенных Штатах.

С моей точки зрения, подобная примитивизация свидетельствует, с одной стороны, о низком уровне современного исторического мышления на Западе, а с другой – о продолжающемся использовании данной разработки в качестве концептуального мега-оружия. Справедливости ради следует отметить, что данное оружие было разработано еще в интеллектуальных лабораториях Австро-Венгерской (Габсбургской) монархии на рубеже XVIII и XIX веков и с той или иной степенью успешности с помощью различных католических монашеских и духовно-рыцарских орденов внедрялось в умы жителей как нынешней Украины, так и России.

Можно как угодно относиться к династии Габсбургов и руководимым ею транснациональным организациям, а также к изысканиям в этой области, но, с моей точки зрения, любой, кто ныне без оговорок употребляет слова “Украина” и “украинцы” для обозначения геополитического (а не географического) и этнокультурного феномена, в каком-то смысле выполняет волю этой династии, играет в игру по разработанным ею правилам и является в этом смысле побежденным её концептуально-филологическим оружием.

"..."Я буду в данном тексте, как и прежде, рассматривать отношения между Киевом и Москвой не в рамках описанной примитивной исторической схемы: метрополии (России) и колонии (Украины), а как два цивилизационных мега-варианта русскости, которые в ходе исторического процесса существовали то вместе – в рамках одной государственной общности, то раздельно, иногда входя в качестве составных частей в другие государства: Золотую Орду или Речь Посполитую.

"..."Итак, вроде бы нам удалось вычленить первую серьёзную претензию, она же  главная, на мой взгляд, проблема в двусторонних отношениях.

Узурпация, или, если угодно, монополизация, единственности русского варианта развития государством с центром в Москве вызвала в Киеве в качестве ответной реакции отрицание любой преемственности северо-восточной Руси (Владимира, Суздаля, Москвы) по отношению к Древнему Киеву, Древней Руси..

Естественно, что “путь Александра Невского” – союз, пусть и неравноправный, с Ордой против Запада – здесь рассматривается как многовековое заблуждение, из чего естественно вытекает “путь Даниила Галицкого” – союз с Западом против Орды.

Данная цивилизационная проблема не решается ни военным, ни экономическим, ни вообще никаким лёгким и моментальным способом, кроме специального трудоёмкого и долгосрочного цивилизационного же проектирования.

И речь совсем не идёт о том, сможет ли нынешняя Россия отгрызть от Украины Правобережье вместе с Крымом и Одесской областью. Может быть, “да”, если хватит силёнок. Может быть, “нет”.

И уж, конечно, не о том, смогут ли Украина и тем более Россия существовать в самодостаточном режиме. Смогут. Вопрос в качестве этого существования. Безрукий инвалид, слепой или глухой тоже живут, существуют…

Моя собственная точка зрения состоит в следующем: ни галицко-волынский (радикально-киевский), ни московский проекты продолжения русской традиции не могут претендовать на единственность и соответственно на этнокультурную самоадекватность.

Более того, я считаю, что без России с центром в Москве нынешние жители Украины обречены на озападнивание, а без России с центром в Киеве нынешние россияне обречены на обвосточивание. И в том, и в другом случае это грозит полной утерей самоадекватности при сохранении формально-политических и экономических атрибутов суверенитета и даже могущества.

Россия без Киева в себе становится неадекватной процентов на 50-60. Вероятность её быстрого превращения в исламскую “Желтороссию” в этом случае более чем очевидна.

Украина без Москвы в себе самоадекватна процентов на 40, и хотя у неё хватит сил, чтобы вновь не стать польской окраиной, но она неминуемо станет частью стремительно растущей “евроимперии”, чья внутренняя жесткость на самом деле отнюдь не так уже безобидна, как улыбки лощёных европолитиков. Серия неожиданных “медицинских” смертей видных сербских деятелей (Милошевича, Бабича, Мартича) заставляет серьёзно задуматься об этом"

 

"А нужна ли вообще Киевская Русь?"

"Но в данном-то случае суть не в этом. А в том, какие ответы и какого масштаба будут даны из Киева. Ну вот например.

Первый. Мы хотим дешевого газа, поэтому признаем себя Украиной и придвигаемся ближе к центру. Ответ неправильный. С ним можно прямиком отправляться в лакейскую и залиться там дешевою «горилкою».

Второй. Мы обиделись, но мы никому не дадим ломать себя об колено, уходим потому в «евроимперию». Ответ неправильный. С таким ответом самое место в европейских борделях. Можно, впрочем, утешать себя народной мудростью: «Хай гирше, тай иньше».

Правильным ответом был бы примерно такой: в ответ на примитивное мелкое бюргерство мы начинаем диалог о «двух Россиях», в ходе которого надеемся получить ответы на многие казавшиеся неразрешимыми вопросы, в том числе и коммерческо-финансовые. Для начала, к примеру, изменим название государства на «Русь» или «Киевская Русь».

Пока же не будем отходить слишком далеко от Москвы, но и не станем приближаться слишком близко. И если нынешняя Россия (московская) по-прежнему не будет заинтересована в диалоге, то, не забывая решать проблемы текущие (развитие высоких технологий, поиск альтернативных источников энергии, борьба со СПИДом), займемся чем-то более интересным, например попробуем сами стать гегемонами в Восточной Европе и объединить разбредающееся по евростойлам славянство, ибо масштаб страны позволяет. Вот это был бы ответ политика крупного, подлинного киевского масштаба. Но с момента «газового кризиса» мы не услышали ни одного голоса, поющего эту песню. Ау, где вы?"

 

 

А ведь проблема-то куда глубже, чем это кажется киевскому анониму. Вот, например, ещё более ранняя статья "Скифская увертюра" , 2002 год, которая, в свою очередь, являлась частичным авторским самоповтором из статьи чуть ли не 1998 года.

 

" Мне, как и всем, наверное, родителям, имеющим детей-школьников, периодически приходится освежать свои знания в самых разнообразных дисциплинах: то натужно вспоминать, как исчисляется дискриминант, то, листая учебник по химии, тупо осознавать, что положительный ион отличается от отрицательного, то раздумывать над тем, почему сумма кинетический и потенциальной энергии тела всегда постоянна…

Случается заглядывать, конечно, и в учебники истории.

Слов нет, те учебники, которые появились сейчас, с одной стороны, гораздо более занятны и куда менее дидактичны, чем те, которые существовали в бытность мою школьником. С другой – удивительно бессистемны и нарочито анти-, если можно так выразиться, методологичны.

Однако же бросается в глаза одна неизменность – Россия в этих учебниках как начиналась, так и начинается где-то в середине IX в., сразу после или чуть до появления Рюрика.

За пределами учебника, в котором деяния Рюриковичей описаны с большим пиететом, в большой академической науке до сих пор трещат щиты и ломаются копья: кто, мол, был этот самый загадочный Рюрик и откуда к нам появился. Норманисты и славянофилы с пеною у рта доказывают друг другу правоту собственных концепций.

И дело даже не в происхождении Рюрика. В конце концов, он мог быть кем угодно: белым римским рабом этнически тюркского происхождения, норманнским пиратом или славянским князем, в данном случае существенно лишь время его появления, к которому привязано все русское начало.

Славянофильское направление в русской истории отодвигает начало на 2-3 века назад, возводя его к неким славянским корням. Однако же свидетельства, исторические даты и имена в рамках этого подхода несколько фантастичны. Нам, например, достоверно не известны имена никаких славянских князей, правивших на территории современной Украины или России, скажем, в VI или VII в. нашей эры. Хотя, например, аналогичную работу по отношению к западным славянам мы легко можем выполнить, указав на личность моравского князя Само, правившего в Чехии и Моравии в VII веке и являющегося в нынешней конфигурации знаний исторически первым славянским государственным деятелем и правителем собственного государства. Однако, казалось бы, логически последовательный вывод: если уж считать русских славянами, то начало концептуально полезно сместить туда, поближе к Высоким Татрам и славянским рунам, не делается, ибо наталкивается на ожесточенное сопротивление традиционалистов от истории. Вместо этого на Рюриковичей напяливаются славянские этнические одежды, что выглядит примерно так же, как стояние Ельцина в храме со свечей.

Словом, история России при взгляде из Москвы прочно привязана к IX веку. Со всеми вытекающими отсюда приятными и неприятными последствиями.

А теперь перенесемся на берега Днепра, где начало выглядит совершенно по-иному.

Ни для кого, я думаю не секрет, что некогда, точнее, в течение огромного исторического периода – с VII века до нашей эры и по IV век нашей эры, на месте современной Украины существовало сильное скифское государство, занимавшее территории нынешних Запорожской, Крымской, Херсонской и Одесской областей.

Скифы – народ, относящийся к североиранской языковой группе индоевропейской языковой семьи. Скифские кочевые племена сменили в Крыму загадочных тавров, которых некоторые исследователи считают родственниками кавказских народов, и почти на целое тысячелетие становятся самым сильным этносом Северного Причерноморья.

Заметьте, на целое тысячелетие. За эти тысячу лет в Афинах Фидий и Аристотель создали свои шедевры, успел возникнуть и одряхлеть Рим, последних египетских фараонов – наследников Хеопса и Рамсеса – сменили потомки полководцев Александра Македонского, появилась и исчезла древнекитайская династия Хань, но для русской истории события тех лет проходят совершенно незаметно. Точнее говоря, как события чужой истории и чужой жизни, за которой обычно наблюдаешь хотя и не без интереса, но холодно и отстраненно.

И никто, кроме специалистов-историков, в Москве не знает, кто таков был скифский царь Мадий, чьи войска за 300 лет до Александра Македонского разгромили сильнейшее тогда государство Передней Азии – Мидию.

Для подавляющего большинства россиян еще большим сюрпризом станет, видимо, сообщение о том, что войска того же Мадия, в союзе с недавно побежденными ими мидянами, оказывается, разгромили столицу Ассирии – Ниневию, после чего Ассирия – одно из самых знаменитых государств Древнего Мира – перестала существовать.

При царе Арианте, правившем в конце VI века до н.э., скифские войска подчинили себе царство Урарту, а также на короткое время установили контроль над Средним и Южным Приволжьем и Прикамьем.

Кое-что известно о провале завоевательного похода персидского царя Дария в Скифию, менее известны сюжеты о сражениях скифского царя Атея с одним из полководцев Александра Македонского, Зопирнионом, тридцатитысячное войско которого было уничтожено на границах Скифии в 330 году до н.э.

Имена позднейших правителей Скифии – Скилура, Палака и Савмака, непрерывно сражавшихся то против сарматов, то против Боспорского (греческого) царства, то против появившихся в этих краях римлян, также малоизвестны московской читающей публике.

Считается, что история скифов оканчивается где-то на рубеже III–V веков нашей эры, когда под давлением одновременно с Запада и Востока, отражая агрессию римлян и гуннов соответственно, последние остатки скифской государственности исчезают, а сам народ, смешавшись с победителями, дает начало новым этносам.

Что ж, возможно, так это и было.

В настоящий момент существуют, по меньшей мере, две государственности, преемственность которых по отношению к скифскому началу более чем вероятна.

Во-первых, это Северная Осетия-Алания. Аланы – близкие (примерно такие же, как белорусы и русские) родственники скифов и сарматов.

Во-вторых, это Молдавия, коренное население которой представляет собой примерно равнокомпонентную смесь из потомков скифов, оттесненных готами и гуннами из Северного Причерноморья, и римских поселенцев- потомков легионеров Траяна. С моей точки зрения, молдаване как раз и отличаются от румын именно на скифскую, так сказать, компоненту.

Даже крымские татары, чей образ в мировой истории выглядит не весьма привлекательным, несут в себе значительный скифский субстрат коренного населения Крыма, который вступил во взаимодействие с генами позднейших завоевателей из Центральной Азии.

Однако дело даже в этом. И не в том, что главные силы скифов в годы противостояния с гуннской и римской экспансией отошли на север, к нынешним Киеву и Чернигову, которые, возможно, и основали.

Дело в том, что если считать Мадия и Скилура своими предками, то, скажем, мнение, что украинцы разгромили Ассирию, ныне до предела смешащее просвещенного московского обывателя, который относит его к категории “глобус Украины”, становится реальной исторической ценностью народа, притом ценностью внутренней, я бы сказал, интимно-личностной.

И если признавать Киев главным или пусть равным центром формирования русской нации это утверждение могло бы выглядеть так: “русские разгромили Ассирию”.

Что пользы в этом утверждении? – полюбопытствует иной. И то дело –  никакой. Лучше, конечно, гадать, какого цвета усы были у первого из Рюриковичей, не имея, не содержа в себе абсолютно никаких личностно-этнокультурных и генетических знаний о периоде с VII века до н.э. до III века н.э.

Впрочем, я лишь хотел подчеркнуть, что различие между взглядами на историю в Киеве и Москве, несомненно, существует. И если Москва хочет существовать в одном государстве с Киевом, то ей придется делать шаги навстречу не только в языковой области, но и в области исторической науки. Ибо украинцам, похоже, нравится происходить от Мадия – победителя ассирийцев, а не от Ивана Калиты, получавшего ярлык на княжение у хана Узбека.

Словом, Украина, таким образом (по крайней мере, её пивденно-схидная (юго-восточная) часть), этногеополитически тяготеет к ареалу распространения индоиранских племен – от Дели и Карачи до Киева и Кишинева. Чем отличается от России, являющейся полем ожесточенного сражения между строго прозападной и прокитайской геополитическими ориентациями.

И хотя этногенетика и этнополитика важны, но куда важнее различия, существующие в области культурных ценностей.

Скифы практически не знали рабства, изредка и не систематически заимствуя образцы рабовладения от “просвещенных” греков и римлян.

Скифская культура была весьма специфической, ибо была культурой кочево-оседлого народа, что предполагает особое отношение как к ценностям материально-оседлой культуры, так и к возможностям передвигаться и путешествовать.

С моей точки зрения, скифская культура наиболее полно сохранилась в способе существования и ценностях казачества. Казачество выработало совершенно особый, не известный в Западной Европе тип личности – вооруженного земледельца, способного противостоять как безудержной и алчной экспансии феодалов, так и набегам шаек разбойников.

И если на Западе состоявшееся разделение между трудом и вооруженным насилием в конечном счете выразилось в существовании целой череды сменяющих друг друга обществ эксплуатации, то казацкая община, не разделившая в каждом из своих членов войну и труд, вслед за индийской дожила до наших дней не зная многих “прелестей” цивилизации неравенства.

Поэтому для Украины в целом нехарактерно преклонение перед знатными феодалами типа русских Оболенских или польских Мнишеков, которое некогда было укоренено в России с центром в Москве. Об этом нужно помнить всем, кто собирается править Украиной.

Иначе говоря, борьба между историческими концепциями, существующими в Киеве и Москве, не является, как может показаться не очень умному человеку, всего лишь “хохлацкими глупостями” навроде “сала с горiлкою”. Нет. Это борьба за то, чтобы считать тысячелетие, в течение которого формировались основы современной европейской культуры, частью своей, а не чужой истории.

Вот на такие мысли иногда может навести знакомство со школьным учебником".