Главная       Дисклуб     Наверх   

 

РЕФОРМА ПРАВА КАК ОСОЗНАННАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ

России нужна реформа права, открывающая путь к справедливому обществу. Реформа, по своей значимости сопоставимая с отменой крепостного права в 1861 году и революциями права собственности в 1917 и 1991 году. Такой вывод автор пытается обосновать, применяя диалектику марксизма к самому марксизму.

 

Дороги, которые мы выбираем

Теоретически возможны два пути развития общества как противоположные идеалы справедливости.

Один путь. Человечество, общество в процессе эволюции разделяется на элиту и простой народ, на белую и черную кость. Элита освобождается от рутинных забот, и все свои жизненные силы направляет на развитие общества (научно-технический прогресс, искусство, культура и т.д.). Простой народ обеспечивает жизнеобеспечение элиты своим трудом, оставаясь «рабочей силой», но пользуясь благами цивилизации, добытыми элитой. В этом взаимовыгода и цивилизационная целесообразность. Справедливой признается эксплуатация наиболее сильными и талантливыми основной массы ради всеобщего прогресса. Здесь культивируются такие ценности, как борьба за выживание, победа в конкуренции, личный успех, свобода личности, девиз: «Богатый человек – богатое общество».

По существу, прогресс, которого достигла цивилизация, развивался этим путем до 1917 года. В политологии и обыденном сознании такую модель социальной самоорганизации и развития принято назвать «правой», она логична и имеет своих сторонников и апологетов (что исторически оправданно), равно как и противников. Прогресс давался ценой социального расслоения, классовой борьбой, жертвами проигравших и пр.

Другой путь. Общество не разделяется на элиту и людей второго сорта. Здесь обеспечивается социальное равенство всех перед законом, но социальная иерархия не отменяется. Она формируется на основе трудовых заслуг человека при равных стартовых позициях всех и каждого. Здесь интересы общества, страны выше свобод и конкуренции. Здесь взаимопомощь и защита слабых. Это модель бесклассового общества, которая апробирована историей как советская цивилизация. Здесь иные ценности, иная культура. Иная справедливость. Такую модель называют «левой», она сначала была умозрительной утопией, затем была развита марксизмом и реализовалась в России в 1917 году.

Безусловно, правая и левая модели самоорганизации общества противоположны в плане справедливости и нравственности, имеют разные ценности, но важно признать, что и та и другая имеют право на существование, имеют своих носителей и теперь уже свою историю.

 

Обоснование выбора

Не первый раз нам предстоит сделать выбор между левой и правой парадигмами. Последний такой опыт – выборы президента. Предпринимается попытка научного обоснования такого выбора. Задаемся целью. Выбираем одну из двух вышеописанных моделей социального обустройства, как марксисты – левую: построение общества без эксплуатации, то есть социализм. Здесь эксплуатация понимается как присвоение чужой прибавочной стоимости. Краеугольным камнем является теория прибавочной стоимости на основе трудовой теории стоимости. Тип общественного строя определяется отношениями собственности как основой производственных отношений. Нетрудно здесь увидеть логику марксизма-ленинизма. Однако расшифровка основных положений отличается. Иным получается и вывод как ответ на вопрос «что делать?».

Предпринимается попытка показать внеклассовую, естественную природу прибавочной стоимости, инвариантной способу производства. Результатом анализа природы прибавочной стоимости является вывод о необходимости реформы права как обязательном условии построения социального государства, заявленного в Конституции. Все остальные, в общем-то правильные, программные положения всех партий (борьба с коррупцией, реформы в армии, образовании, здравоохранении, налогообложении и даже национализация) – вторичны. То есть реализация программ не изменит социальную суть страны, как нельзя макияжем и прической из мужчины сделать женщину (и наоборот). Но политологи и СМИ обсуждают всё что угодно, кроме главного, о чем далее.

 

Немного политэкономии

В основу берется трудовое содержание стоимости, где стоимость определяется как количество общественно полезного труда, воплощенного в продукте труда. Далее риторика немного отличается от классической марксистской, иначе невозможно показать вводимые здесь новации.

Полагается, что каждый экономический субъект есть производитель и потребитель одновременно. Различаем стоимость производства (количество труда Производителя) и стоимость полезную (количество труда, которое готов заплатить потребитель в условиях идеального виртуального рынка). Заметим, что стоимость природных ресурсов в нашем случае (в пределах одной страны, где природные ресурсы являются национальным достоянием, то есть общественной собственностью, принадлежащей всем и каждому) не включается в стоимость продукта труда, поскольку нас интересует механизм образования прибавочной стоимости, которая есть разность между стоимостью полезной (потребительной стоимостью по Марксу) и стоимостью производства (или просто стоимостью по Марксу). Здесь стоимость природных ресурсов как общенационального достояния сокращается по правилам арифметики.

Выделяются следующие источники образования прибавочного продукта и соответственно прибавочной стоимости.

1. Разность квалификаций в отношении производства продукта.

Можно показать, что если производителю и потребителю требуется одинаковое Время для производства продукта (товара или услуги), то есть если у них равная производительность труда, то прибавочная стоимость не образуется. Если используется простой труд, то это означает, что для получения ненулевой прибавочной стоимости квалификация производителя должна быть выше квалификации потребителя данного продукта (услуги). В основе этого явления лежит общественное разделение труда.

Квалификация зависит от личного опыта и таланта субъекта и от обучения. И то и другое есть результаты прошлого труда, как самого субъекта-производителя, так и остальных членов общества (учителей, преподавателей, мастеров и др.), затративших свой прошлый, но тогда живой труд на подготовку квалификации нашего производителя.

Вывод: не живой простой труд, а прошлый труд не только непосредственного производителя, но и других членов общества является источником прибавочной стоимости. Живой труд является лишь «приводным ремнем» потенциала прошлого труда.

 2. Применение инструментальных средств производства.

Известно, что инструментальный (сложный) труд имеет более высокую производительность, чем простой труд. Повторяя логику предыдущего пункта, получаем, что средство производства является источником прибавочной стоимости. Но не сразу, а по истечении срока окупаемости, то есть по завершении амортизационных отчислений, когда стоимость основных средств переносилась на стоимость продукта.

Средство производства есть продукт инженеров, ученых, рабочих (но других и в прошлом) как продукт их прошлого труда. Квалификация этих производителей средств производства, в свою очередь, есть продукт труда уже не рабочего класса, а специалистов, которые их воспитали, обучили и защитили. Следовательно, источником прибавочной стоимости продукта, созданного непосредственным производителем (пролетариатом), является опять же прошлый труд производителей средств производства и производителей производителей средств производства.

3. Синергический (сверхаддитивный) эффект.

Источники прибавочной стоимости, рассмотренные в пунктах 1 и 2, имеют место и для частного производителя, и для общественного производства. Известно, что общественное производство позволяет повысить производительность совокупного труда за счет дальнейшего разделения труда (специализации), немыслимой без организующего (организационного),  управленческого труда. Безусловно, что организационный труд может увеличивать прибавочный продукт только в том случае, если затраты на него будут меньше увеличения производительности совокупного труда предприятия. Нетрудно понять, что совокупная производительность труда неорганизованной массы «свободных» производителей ниже производительности труда слаженного коллектива с умным и порядочным начальником. Но и начальник (мастер) сам есть продукт общественного производства, хотя его трудно отнести к пролетарию.

Таким образом, каждый квалифицированный человек (от рабочего до президента, от ученого до чиновника) есть не только «рабочая сила» (живой труд), но и средство производство, капитализирующее прошлый труд, свой и всех членов общества.

4. Различие природных рент.

Для полноты картины чисто теоретически можно назвать четвертым источником прибавочной стоимости различие природных рент потребителя и производителя произведенного продукта (услуг), разнесенных географически. Классический пример – различие потребительной стоимости бутыли простой воды на берегу Байкала и в центре Сахары. Согласно нашему определению потребительной стоимости (количество труда, которое готов заплатить потребитель) на берегу Байкала прибавочная стоимость бутилирования воды близка к нулю, а в центре Сахары прибавочная стоимость при реализации той же бутыли воды совсем иная. Однако, как мы уже заметили, в пределах одной страны природную ренту можно пока не учитывать.

 

Универсальность подхода

Рассмотренные первопричины образования совокупной прибавочной стоимости действуют для производства при любой «формации». И в нашем (левом) выборе надо решать задачу распределения всей прибавочной стоимости так, чтобы каждый получил за равный труд равное вознаграждение. Это дает максимальный мотивационный эффект. Можно показать, что одинаково вредно как недоплачивать (эксплуатировать), так и переплачивать. Здесь же и лекарство от коррупции. Когда не окажется «ничейной» стоимости, которую присваивают по коррупционной схеме, исчезнет и сама коррупция. Отдельно следует заметить, что «справедливость по труду» должна быть принята и доброкачественными «правыми» патриотами, ибо наибольшая эффективность труда каждого, а следовательно, и общества в целом достигается именно в этом случае.

Политические выводы сделаем, следуя логике Маркса, который для капиталистического способа производства установил:

1) источником прибавочной стоимости является рабочий класс, он же должен являться подлинным хозяином, отсюда – «диктатура пролетариата»;

2) причина эксплуатации – частная собственность на средства производства, отсюда девиз: «уничтожение частной собственности».

Однако в нашем случае получаются иные, противоположные выводы. Мы установили, что источником прибавочной стоимости является не только и не столько живой труд, сколько прошлый труд всех работающих граждан общества, следовательно:

1) классовая логика и поиск диктатуры какого-либо класса, тем более пролетариата прошлых веков, потеряли актуальность, происходит диалектическое снятие логики классовой парадигмы. Остается интеллектуальная «борьба» за проведение реформы права, не требующая выхода на баррикады, но требующая организационных усилий именно «пролетариев умственного труда» – работников «идеологического фронта»: писателей, журналистов, политологов, других работников культуры;

2)                  реформа права собственности должна быть направлена на минимизацию отчуждения от каждого гражданина его вклада в совокупный прибавочный продукт (в стоимостном выражении) по основным направлениям его производства: личное (частное), семейное, коллективное, общенациональное. Это и будет уничтожение легитимности эксплуатации. Соответствующие формы собственности присущи каждому гражданину вне зависимости от его места и роли в общественном производстве, так как каждый из нас – личность, член семьи, трудового коллектива и всей страны. Содержание (права, обязанности и ограничения) каждой формы собственности различны, но это – следующая тема.

 

Политэкономия реформы

Безусловно, что трудовой вклад каждого различен. Различны будут и доходы каждого. Но принцип един для всех: за равный труд – равную плату. Если бы можно было поставить каждому производителю счетчик затрат труда (как счетчики воды), технически вопрос был бы решен. Но все ли согласны с таким решением: каждому по труду (живому)?

Надо ли платить за талант? Если человек одарен, это уже ему благодать, и зарабатывать он должен в поте труда своего, а не эксплуатировать то, что дано ему от Бога. С другой стороны, без личного усердия талант бесплоден. Как разделить прибавочную стоимость по труду и по таланту?

Надо ли платить за квалификацию? Да, но только в той части, которая обязана личному труду каждого. Трудно разделить, где твое, где чужое в твоем умении, и стоит тот же вопрос: как разделить прибавочную стоимость по труду и по квалификации? Труд более квалифицированный более приятен, чем труд рутинный, и моральное удовлетворение и почет есть плата за квалификацию.

Из этой же серии вопросы о справедливости дивидендов от капитала, которые есть прибавочная стоимость, созданная чужим трудом. Здесь же ключ к решению проблемы интеллектуальной собственности.

Вопросы распределения благ в обществе регулируются правом собственности. Исторически сложилось многообразие форм собственности, содержание права которых зависело от общественного строя и понимания сути экономических отношений. Поскольку пока невозможно провести адекватный учет трудового вклада каждого в полезный финишный продукт полезного потребления, предлагается построить такую систему отношений собственности, которая хотя бы на качественном уровне стремилась к минимизации легитимного присвоения продуктов чужого труда (степени эксплуатации) и конституционно запрещала явную эксплуатацию человека человеком. За основу берется естественное право собственности: субъект, который произвел, тот и должен быть по праву собственником (прибавочной стоимости).

Уже отмечалось, что каждый человек выступает как личность, как член семьи, как член трудового коллектива, как часть общества в целом. То есть каждый из нас является частью нескольких и различных форм экономических субъектов производителей и потребителей. Это относится к работникам не только материальной сферы, но и любой другой: управленческой, организационной, как локального масштаба, так и государственного. Поэтому обеспечить социалистический принцип «по труду» в принципе невозможно одной формой собственности. Заметим, что право – всего лишь право, но не обязательно своекорыстное потребление. С другой стороны, именно право собственности есть конституционная защита от отчуждения.

Институты личной и семейной форм собственности исторически сформировались достаточно адекватно. Советский опыт дал нам образец государственной общественной собственности, обеспечивающей социальные гарантии в области здравоохранения, образования и т.д. Принципиально новыми предлагаются институты социалистической частной и коллективно-долевой собственности с введением именных счетов, которые схематично представлены далее.

 

1. Право социалистической частной собственности

Камнем преткновения «правых» и «левых» является отношение к частной собственности на средства производства. Здесь слово «частная» означает лишь то, что субъектом собственности является одно физическое лицо, то есть средство производства принадлежит частному лицу, не более того. Само по себе право личной (частной) собственности вовсе не обязательно должно давать право собственнику присваивать ту часть дохода (прибавочной стоимости), которая создана трудом наемного работника, то есть эксплуатировать (порабощать) его. Именно здесь суть предлагаемой реформы. Запрет на присвоение чужой прибавочной стоимости, по существу, означает радикальную отмену права порабощения человека человеком. Всё это поддается мирной регламентации в Конституции, трудовом и гражданском кодексах. Была бы на то политическая воля.

Самое замечательное, что в Трудовом кодексе уже есть статья 136, которая гласит: «Поступления, полученные в результате использования имущества (плоды, продукция, доходы), принадлежат лицу, использующему это имущество на законном основании...». Здесь собственник и наемный работник могут быть с одинаковым успехом отнесены к «использователю», и здесь нет однозначного утверждения, что собственнику принадлежит прибавочная стоимость продукции. Безусловно, разделить прибавочную стоимость на собственность владельца средств производства и наемного работника – задача не из простых, но решаема. В частности, можно использовать работу автора «Природа прибавочной стоимости» (http://optimalizm.narod.ru/priiodastoimosti.mht), где предложен подход более адекватный, чем дает классическая теория прибавочной стоимости.

 

2. Право коллективно-долевой собственности

Недостатком советской общественной собственности была ее обезличенность, ничейность, что снижало мотивацию и провоцировало бесхозяйственность. Человек получал зарплату в личную собственность, а прибавочная стоимость отчуждалась в пользу государственной собственности. С учетом того, что госчиновники – это такие же люди, как и все, среди них есть особи левой и правой ориентации, естественным, ожидаемым и объяснимым результатом явилось образование нового эксплуататорского класса – партгосноменклатуры, который совершил буржуазную контрреволюцию в 1993 году. И капиталистическая, и советская крайности изъятия прибавочной стоимости ущербны и противоречат диалектике бытия. Предлагается не всю часть прибавочного продукта отчуждать от производителей, а распределять ее между личным пользованием, коллективным и общенациональным достоянием оптимальным образом, используя достигнутые экономические и социологические знания и механизмы. Именные счета, фиксирующие персональную долю каждого в коллективной собственности, могут быть таким средством, поскольку право только тогда имеет смысл, когда есть документ, закрепляющий собственность. Субъектом коллективной собственности, также как и общенациональной, может выступать соответствующий Совет, прообраз которого был апробирован Советской властью.

В частности, Совет трудового коллектива как субъект собственности решает две задачи: управление совокупной прибылью коллектива и выработка механизма распределения персональных долей. Совет высшего уровня определяет пропорции между той частью прибавочного продукта, которая остается в собственности предприятия, и той частью, что идет на уплату налогов. И т.д.

 

Послесловие

Вообще наша Конституция и Трудовой кодекс юридически некорректны и неоднозначны, они не защищают общество в целом от свобод недоброкачественных особей рода человеческого порабощать, воровать, грабить своих соотечественников. Сам Бог велел провести кардинальную реформу права трудовой собственности, чтобы привести в порядок и дела и мысли государевы. По существу, речь идет о секуляризации принципа «не укради», уж коли мы православные.

Таким образом, вместо уничтожения буржуазной частной собственности, которая ликвидировала собственников как класс в 1917 году, и в дополнение к обезличенной общественной собственности, которая не смогла уничтожить эксплуатацию человека человеком, следует установить такое право собственности, которое делает каждого гражданина собственником в четырех ее формах: частной (личной), семейной, коллективно-долевой, национальной. Это и будет законным запретом отчуждения результатов труда каждого гражданина в пользу «государственной» собственности, которая на деле оказывается собственностью паразитирующего части недобросовестных госчиновников как в советское время, так и в постсоветское.

Такая реформа ликвидирует классы в обществе, обеспечивает свободу совести левым быть «левыми», а правым быть «правыми». Здесь ключ отказа от двойной морали как нравственного порока существующей системы. Новый порядок будет и не капитализмом, и не социализмом в традиционном понимании. Здесь будет оптимальное сочетание личных и общественных интересов, левых и правых идеологий.

Кстати, таким образом вместо утопии коммунизма утверждается реальный социализм, где социалистические и коммунистические признаки находятся в преемственном развитии. Например, принцип «каждому по потребности» в плане здравоохранения и образования реализует общественная («ничейная», обезличенная) собственность, а принцип «каждому по труду» – коллективно-долевая плюс социалистическая частная. Свобода выбора рода деятельности обеспечивает право конвертизации долевой собственности в социалистическую частную (и обратно), так что предпринимательский талант не будет загнан в тень, а вот путь на чужом горбу в рай будет заказан запретом присваивать чужую прибавочную стоимость.

 

Валерий Иванович ПУНТУС,

 кандидат технических наук