Главная       Дисклуб     Наверх   

ИНДИЙСКИЙ ВЕК НАТАЛЬИ ГУСЕВОЙ

 

Творчество Натальи Романовны Гусевой, вся ее жизнь представляют собой явление уникальное, достойное в описании всяческих превосходных степеней.

Глядя на то, как из-под ее пера одна за другой выходят статьи и монографии, одна интереснее и значительнее другой, можно лишь воскликнуть вместе с М. Горьким: «Человек – это звучит гордо!» Преодоление времени и постижение истины – вот чему следует учиться у людей масштаба Н.Р. Гусевой.

Редакционный коллектив «ЭФГ» тепло и искреннее поздравляет Наталью Романовну Гусеву с юбилеем! Мы гордимся тем, что такие авторы, как Н.Р. Гусева, печатаются на наших страницах!

 

Корр. «ЭФГ»: Наталья Романовна, позвольте поздравить вас с днем рождения от имени коллектива нашей газеты и от лица всех ее читателей и пожелать вам долгих лет творческой жизни.

Н.Р. Гусева: Благодарю душевно, но мне сегодня уже исполнилось 95 лет. Я ведь родилась в 1914 году.

– Да, вас мы иногда называем почти ровесницей века, но ожидаем ваших новых книг и статей. Какие темы вы продолжаете разрабатывать?

– В основном всё, что относится к Индии, к ее древней культуре.

– Проявляется ли на Западе и в России интерес к этой стране и ее культуре?

– Да, во второй половине 20 века этот интерес вырос необычайно. В 1947 году Индия освободилась от колониальной власти англичан и стала именоваться Республикой Индией. Она начала бурно расширять свой путь исторического развития, вcтупая во многие экономические и культурные связи с другими странами. В этом процессе Россия занимает одно из первых мест. Если говорить о культуре, то следует подчеркнуть кризис духовности в странах Запада, и поэтому растет жадность к познанию удивительно устойчивого мира духовной культуры Индии.

Мы все знаем, что повсюду начали заниматься, например, йогой, ища выход из бесчисленных жизненных перенапряжений. Мы знаем также, что многие врачи обратились к индийской медицине, к прославленной системе Аюрведы. Более того, в печати стали появляться переводы книг индийских писателей и новые труды о литературных традициях Индии.

– Нам известно, что вам была присуждена международная премия имени Джавахарлала Неру. Что явилось поводом к этому?

– Повод не был одноразовым. Я, как научный сотрудник с 1944 года Института этнографии АН, опубликовала ряд работ об Индии, о религии, художественных ремеслах и, главное, о великих эпических поэмах “Махабхарате” и “Рамаяне”, которые признаются сокровищами мировой литературы. Но одним из поводов послужило то, что я, очень полюбив поэму “Рамаяна”, написала пьесу на ее сюжет, и по этой пьесе был поставлен к 1960 году спектакль в Центральном детском театре в Москве. Наша “Рамаяна” жила на его сцене 20 лет, и ее видели многие тысячи зрителей. Прекрасно поставленный режиссером В. Колесаевым спектакль привлекал и многих живших в Москве иностранцев, особенно членов землячеств и работников посольств стран Востока, где все знают и ценят индийскую культуру. Премию мне присудили “за выдающийся вклад в укрепление взаимопонимания и дружбы между народами Индии и Советского Союза”. Моя пьеса нашла недавно новое воплощение на сцене Камерного театра Смоленска, и надо сказать, что это не случайно: реакция жителей этого города на культуру Индии является показателем общего интереса к ней в нашей стране, и книги об Индии жадно раскупаются у нас повсеместно.

– С чего и когда начался ваш интерес к этой далекой стране?

– Я в детстве любила читать о путешествиях, а затем, будучи студенткой филологического факультета Ленинградского университета, была поглощена изучением санскрита, древнего “языка индийской культуры”. Один из наших преподавателей, индиец-санскритолог Р. Санскритьяяна, постоянно подчеркивал факты сходства санскрита с русским языком, и я в дальнейшей своей работе уделяла этой проблеме основное внимание, составив и первую сводку пятисот одинаковых и сходных слов в этих двух языках.

– Да, она была частично опубликована и в нашей газете и вызвала большой интерес читателей. А какова была тема вашей докторской диссертации?

– Она была посвящена индуизму – религиозно-философской системе, развивавшейся в Индии в течение последних 5 тысяч лет. Индуизм – это обширный комплекс народных верований, и его признают своей религией 82% жителей Индии. Это сложная и богатая смесь языческих веропредставлений, суеверий, мифов и легенд, основу которой составляет главный закон – пощада природы и жизни во всех ее проявлениях, то есть, говоря проще, это закон доброты и правды, а также твердой веры в то, что Добро обязательно одержит победу над Злом. Вот эта идея отражена и в “Рамаяне”, составляя основу ее привлекательности, а равно и в таких более существенных словах, как лозунг государственного герба Республики Индии: “Сатьям эва джаятэ”, то есть побеждает только (именно) правда. Я уверена, что эта основа индийского миропонимания, эта “великая тайна индийской души”, и привлекает интерес всех людей. Не случайно на подаренной мне книге “За доброй надеждой” ее автор, прекрасный русский писатель Виктор Конецкий, надписал: “С любовью к Индии, потому что она – Добро (так мне кажется)”. Эта всеми признаваемая доброта индийцев отражена и в их эпических поэмах, и в их фильмах, и в их строгой привязанности к традициям, к своим историческим победам и к своим героям, а главное – в любви к родной земле, к природе, к каждому живому существу и растению. Влияние этой духовности воспитывает нас всех, во всех странах.

– В нашей газете в прошлом месяце («ЭФГ» № 6–7) была опубликована ваша статья “Природа Индии за 7-ю печатями”. Читатели очень живо откликнулись на нее, а значит, отношение индийцев к родной природе привлекает внимание.

– Ну, еще бы! Ведь во всех странах Запада губят, – если уже не погубили, – именно проявления природы. Всех нас сейчас, например, беспокоит и повышенный нагрев атмосферы, и то, что все ищут и не находят естественных залежей в своих землях и поэтому кидаются на чужие, леса вырубили во многих странах и теперь приглядываются к нашим, вода отравлена повсюду промышленными выбросами. Поэтому все обращают внимание на строгие охранные меры индийского правительства.

– Сколько раз вы посещали Индию?

– В общем 4 раза, но один из них вылился в трехлетнюю работу там. Это было связано с работой моего мужа, художника (кстати, автора многих карикатур в вашей газете) и индолога Святослава Игоревича Потабенко.

– Как вы встретились с ним?

– Мы встретились в 1945 году, опять же благодаря Индии. Я была тогда в аспирантуре, и меня, как человека, изучавшего индийские языки, направили от Академии наук в качестве лектора по индийской культуре в Военный институт иностранных языков Красной Армии. Я стала лектором-преподавателем в группе по изучению Индии, и это решило мою судьбу, – Святослав Потабенко был одним из курсантов этой группы. В сентябре 1946 г. мы стали вести дружную совместную жизнь. Так прожили все 63 года.

В 1961 году мужа направили на работу в Дели как заведующего Центром Советской культуры при Посольстве, а я там же была определена на должность преподавателя индийцам русского языка. Мне довелось выезжать в другие города для организации школ и кружков по его изучению, и это очень помогло собрать много материала для новых книг. Встречаться довелось со многими интересными людьми, как и побывать в самых разных местах, в городах и деревнях и увидеть своими глазами самые разные и зачастую неизвестные европейцам стороны жизни индийцев, их обычаи, ритуалы и традиции. Всё это я пытаюсь отразить в книгах и статьях, знакомя читателей со многим, что их привлекает и расширяет диапазон их знаний об Индии. Мне кажется, что большой интерес вызывают именно научно-популярные сведения о традициях в семейной жизни, о кастах и положении в обществе членов разных социальных слоев. Ко всему этому удалось близко присмотреться, и ответы на многие вопросы я постаралась вместить в три свои последние книги: “Индия в зеркале веков” (М., “Вече”, 2002), “Эти поразительные индийцы” (М., “Астрель”, 2007) и “Легенды и мифы Древней Индии”, (М., “Вече”, 2008).

– Вы упомянули о кастах. Разве это деление общества на изолированные группы продолжает сохраняться в Индии?

– Да, но во многом оно уже изменилось и постепенно модифицируется дальше, но никаким законом или указом правительства нельзя запретить касты. История этого социального института складывалась не менее трех тысяч лет и привела к выработке многих четко определяемых предписаний обычного права, которые нельзя нарушать, так как они неотделимы от религиозных представлений. Изменено уже многое. Так, бывшим работникам тяжкого и нечистого труда, которые назывались неприкасаемыми (прикосновение к ним или их вещам считалось оскверняющим для членов более высоких каст), официально предоставлено право заниматься любыми видами работы, запрещено считать их неприкасаемыми. Но древние устои кастового деления велят каждому человеку усваивать и развивать занятия его отца, а поэтому основой касты признается профессиональная принадлежность. И кастовое дробление общества усиливалось в ходе развития трудовых занятий людей. Джавахарлал Неру усматривал в кастовых наследственных занятиях ту положительную сторону, что профессиональные навыки, умение воспринимать и обрабатывать материал передаются, возможно, генетически, а поэтому и мастерство, например, умельцев художественного ремесла сохраняет свою непревзойденную высоту (шелкоткачество, резьба по дереву, гравировка металла и т.п.).

Говоря о кастах, следует упомянуть, что до сих пор во многом соблюдаются предписания внутрикастовых браков, и в объявлениях брачных газет почти неизменно встречаются заявки на невест из той же или профессионально близкой касты (“моя жена должна быть воспитана на основе тех же принципов, веропредставлений и тех же манер, что были основой и моего воспитания”). И с этим пока никто особенно и не спорит. А вообще-то, конечно, капитализм является той реальной силой, которая разнообразит виды труда и диктует условия жизни, подрывающие кастовый строй Индии.

– Вы говорили о сходстве санскрита с русским языком. Близок ли он к другим европейским наречиям?

– Наибольшая близость прослеживается в языках славянской группы: в болгарском, польском, сербском и других. Но я находила без труда множество прямых аналогий именно в русском. Тут следует вспомнить и о том, что приехавший из Индии в 1963 году профессор-санскритолог Д.П. Шастри подчеркивал в своих выступлениях здесь, что он на слух уловил в нашей речи множество слов и даже грамматических оборотов санскрита. В Индии он опубликовал статью “Связь между русским языком и санскритом”, назвав эти языки братьями, что подтолкнуло многих к изучению русского языка. Эта статья была опубликована и вашей газетой, что тоже привлекло немалое внимание. Я же в своих научных разработках придаю большое значение поискам того места в Восточной Европе, где протекали древнейшие процессы возможного сближения древних форм славянских языков с речью арьев, пришедших отсюда в Индию в III тысячелетии до н.э. И не исключено, что этим местом мог быть только Русский Север. Эта большая историческая проблема ждет своего разрешения.

– Благодарю вас, Наталья Романовна, за интересную беседу. Читатели ожидают ваших дальнейших публикаций, и мы все желаем вам здоровья и новых успехов!