Главная       Дисклуб     Наверх  

 

САКРАЛЬНАЯ СТОРОНА КИТАЙСКОЙ ПОЛИТИКИ

 

Толкование конфуцианского канона определяет историю Срединного государства желтых людей (Китая) как циклический процесс витков перемен: переходов общества из состояния хуньлуань (хаос) в состояние сяокан (малое процветание, или, иначе, общество приемлемого состояния), а затем, желательно, и в состояние датун (великое единение, или общество идеального состояния). Современное руководство Китая точно знает, что оскудение китайской мечты и духовная пустота неминуемо ведут к потере «Мандата Неба» на правление. Но, являясь наследниками великого прошлого, в котором существует множество подсказок, оно взялось за сложнейшую задачу: сформировать условия для поворота исторического процесса Китая в сторону общества идеального состояния – датун.

 

Основные положения теории сяокан-датун

Неоконфуцианская основа новой политики, связывающая все слои китайского общества множеством единых точек восприятия, – это инструмент для движения по пути к прекрасному будущему – периоду жизни китайского этноса, условно обозначенному как «Расцвет Новой Тан». Истоки такого названия нужно искать в истории, когда императоры эпохи Тан прославили ее великими достижениями в культурной, экономической, политической областях. Период эпохи Тан признан современными китайскими и иностранными учеными одним из самых блистательных периодов в истории Китая. И в памяти простого народа эпоха Тан стойко ассоциируется с тем, что в средневековой Европе называли «золотым веком». Поэтому современные китайцы стараются привлечь дух «золотого века», успех, расцвет дел, вплетая в названия магазинов, гостиниц, загородных таун-хаусов иероглиф «Тан» и уверенными шагами идут к построению общества сяокан. Идут навстречу периоду процветания, успеха, наивысшего взлета.

Но обратимся к тому, как китайские хроники трактуют датун, общество идеального состояния, и сяокан, общество приемлемого состояния. Понимание этого позволит нам обсуждать проблематику возможности националистического уклона Китая.

Согласно воззрениям древнекитайских мыслителей, а именно их трактовка истории положена современными правителями Китая в основу концепции развития страны на ближайшие 100–200 лет, после периода энтропийного состояния общества хуньлуань складываются условия для наведения порядка, усмирения хаоса в умах и направления устремлений масс в сторону благоденствия.

Этапом развития, после стабилизации (усмирения хаоса силой), является переход в период общества «малого процветания». Существует несколько трактовок термина «сяокан», но наиболее соответствующим можно признать такую трактовку – «общество приемлемого состояния», так как процветание (достаток) является основой приемлемого состояния общества.

Идеалом же общества китайского этноса, согласно традиции, является датун, достижение которого возможно только при условии, что общество сяокан не сваливается назад, в период энтропийного состояния хуньлуань. Для чего и нужны условия, при которых разнородные силы в обществе будут собраны в гармонию мира и трансформируются в единую силу датун – в единство по всем вопросам, от самого верха до самого низа, и осознанное взятие обязательств с неукоснительным выполнением.

Древние мыслители указывали и на то обстоятельство, что при достижении сяокан стабильность в обществе становится хрупкой и требуется особая тщательность в управлении государством. Причина в том, что Великое Дао, учение о котором освещает путь развития общества, которым руководствуются правители, при достижении обществом сяокан, обретая достаток, в силу изменения восприятия мира, смены внутреннего императива может быть проигнорировано обществом. Во многих областях жизни общество начинает отходить от принципов Пути Неба. Теряя Дао, общество сяокан утрачивает стержень развития, уклоняется в сторону от «правильного» пути, уходя в область разрушения. Иногда несколько раз, переживая ренессанс в виде периода удержания стабильности, в зависимости от складывающейся ситуации общество может либо получить основу для перехода в датун, либо вновь сорваться в состояние хаоса хуньлуань.

 

Что такое Дао

Дао: путь, поток, предопределенное направление движения, Дух Истины многоаспектного, многоукладного, многовекторного бытия, приложенное к настоящему моменту. Дао есть содержание, которое наполняет формы бытия, что в тот или иной момент, гармонизируясь внутри, оказывает значительное влияние на окружающее, гармонизируя его и выстраивая все движущие силы окружающего в одном направлении, по одному вектору развития. Сложение же сил приводит к значительному рывку в развитии.

Если же одна (или несколько) из сил или частей бытия, мировосприятия меняет свою направленность, внося диссонанс в векторную направленность, происходит то, что древние называли «потеря Дао». Сяокан теряет Дао, а если нет Дао – нет развития, всё сваливается в хаос, в развал. Древние отчетливо видели это, но по-разному оценивали возможности по выходу из ситуации. Рассуждая о стяжании Дао (ибо Дао есть Дух, питающий энергии жизни ци), древние указывали, что одним из возможных вариантов выхода является единение нации через национализм. Альтернатива – внесение нового императива, понятного, привлекательного, стимулирующего к стяжанию Дао. В современных условиях применимы и первый, и второй вариант. Так как первый позволяет опереться на кровь и почву (генотип). Второй же, хоть и требует усилий по осмыслению императива (китайской мечты) и выстраивания системы его внедрения, позволяет воздействовать на сознание, опираясь на Дух Китая с опорой на архетип и культуру.

Трансформация общества сяокан в датун, по сути, есть достижение качественно нового состояния. Период датун может длиться долго, так как в этот период будут новые условия для успешного развития. Но, невзирая на длительность, датун, так же как и сяокан, подвергнут энтропийному влиянию. После этапа датун наступает увядание. Причинами перехода от датун в хаос опять же выступает «потеря Дао», как связующего всех сил.

Достижение датун возможно лишь при формировании условий, благоприятных для трансформации, наличия в обществе в сознании масс достаточных оснований для принятия датун, как в плане одобрения, так в плане метафизического восприятия, соотнесенности с внутренним пониманием датун.

Для достижения датун обязательно должны быть выработаны принципы, критерии и требования к условиям перехода к периоду датун, а также выработаны рамки и содержание Дао, определены критерии (как осознанные, так и воспринимаемые бессознательно в метафизическом плане) как самого Дао, так и тех сил, которые будут возглавлять процесс перемен.

 

Династия Тан как образец сяокан

Для понимания периода сяокан возьмем в качестве примера династию Тан (618–907 гг.) как наиболее яркий. Этот период в истории является самым блистательным, и считается, что именно в период династии Тан были воплощены основные положения теории сяокан – датун. Здесь следует указать, что в династию Тан включен и период отклонения от гармонии императрицы У Хоу (690–705 гг.).

В 617 году Ли Юань, крупный феодал из северо-западной провинции Шаньси, на фоне крестьянских восстаний захватил столицу империи династии Суй – Чанъань (Долгое спокойствие, ныне Сиань – Западное спокойствие). В 618 г. он объявил себя императором Гао-цзу (618–626 гг.) с провозглашением новой династии Тан (широкий, вольный, обширный, величественный). Новый император являлся представителем рода окитаившихся потомков степняков народности тоба, а потому понимал как реалии китайского мира (внутреннего мира), так и степной менталитет (внешнего мира). Опираясь на имеющийся опыт существования в двух мирах, он вместе с сыном принялся силой наводить порядок. Предпринятые меры имели успех. Когда же воля отца, потраченная на создание династии, ослабла, к власти пришел его сын Ли Шимин (Тай-цзун, 627–649 гг.).

 Проводя политику "гармонизации мира (государства) ради блага народа" на основе трактовок основных положений конфуцианства, Тай-цзун провел реформу государственного управления, ввел надельную земельную систему. Основываясь на положениях учения, разработанного мыслителем Ван Тун (584–617 гг.) «Изложение о середине» (Чжун шо), император воплощал идеал гармоничного управления государством. При Тай-цзуне сложилась система представительства при дворе важнейших регионов. Сформировалась система подбора новых кадров в чиновники по деловым качествам, система прямого мониторинга состояния дел с получением информации с мест, система приема на должности через экзамены. Был взят под контроль бюрократический аппарат. В политический строй введены ученые-сановники (талантливые люди, подготовленные для выполнения узконаправленных задач). Тогда же зародилась чайная церемония, развилась технология производства пороха, появился новый род войск – артиллерия с применением ракет, пушек и многое другое.

Тай-цзун и последовавшие правители твердо проводили политику многообразия в религиозной жизни и мягкой силы в отношении присоединенных народов, поддерживая социальную стабильность гарантией равенства перед наказанием за совершенные преступления для простого народа, неотвратимостью наказания, хоть и значительно более мягкого, для чиновников.

            Проводимая политика мудрого правителя, следующего «заветам предков», значительное улучшение жизни подданных во многом благоприятствовали культурному и политическому взлету Танской империи, расширению зоны влияния империи на окружающие народы и страны. Особо следует выделить среди императоров период правления императора Сюань-цзуна (712–756), при котором империя достигла наивысшего пика развития, далеко расширив границы сферы влияния Срединного государства.

Следует упомянуть период правления императрицы У Хоу (690–705). Яростная сторонница буддизма, императрица с помощью буддистского духовенства пришла к власти. Она предприняла попытку смены идеологии, попыталась утвердить главенство единственной религии, что вылилось в гонения других религий. Гонения прекратились лишь в 705 году, после возврата власти в руки Чжун-цзуна (705–710), восстановившего принципы Тан и вернувшего всё в русло гармонии. Еще основатель Танской династии Гао-цзу в эдикте от 624 г. обвинял буддистов в уклонении от государственных повинностей и упрекал монахов в корыстолюбии.

Отдельно следует сказать о раннем христианстве в форме несторианства (в догмате отрицавшего Богоматерь). Первые упоминания о проповедниках-несторианах, прибывших в Чанъань, относятся к 630-м годам. В 638 году по эдикту императора Тай-цзуна уже строится первый христианский монастырь и разрешается проповедническая деятельность. В 781 году, по указанию императора Дэ-цзуна, как знак признания вклада христианства в величие империи, в Чанъане (нынешний Сиань) сооружается стела о величии христианства (несторианства). Для истории этот факт значителен. Так, данная стела свидетельствует о том, что христианство получило значительное распространение на территории империи, способствуя умиротворению нравов и достижению гармонии мира.

Причины падения династии Тан по теории сяокан – датун:

- формирование концепции центрального расположения Китая в системе мировых отношений (правители стран, присылающих посольства, – вассалы Китая), нарушение принципа уважения к специфике присоединенного народа внешнего мира;

- принятие концепции окультуривания «варваров», где часть «варварского» народа подвергалась обязательной ассимиляции;

- отказ от принципов управления «благородного мужа», внимающего наказам предков и советам мудрых (нарушение принципов троичной гармонии в управлении);

- нарушение принципа гармонии между религиозными конфессиями, утверждение главенства предпочтительной религии;

- отсутствие различий по статусу между горожанами (включая чиновников и знать) и сельскими жителями, ибо гармония – это слаженная соразмерность неравновеликих частей;

- различение народом потери властью «мандата Неба» после ряда крупных стихийных бедствий – потеря доверия в народе.

 

 Что нужно понимать и что не нужно делать

Построение в Китае общества сяокан внесено в основные положения руководящих партийных, государственных документов, над обоснованием и выработкой мер работают значительные силы лучших умов, как академических кругов, так и практиков бизнеса (летние семинары экспертов в правительственных санаториях стали явлением обыденным). Для этих экспертов тема сяокан понятна и осязаема. Для простого обывателя «малое процветание» сводится к самым простым вещам – квартира, зарплата, выращенные дети, спокойная старость, радость семьи – извечные ценности, естественные для всех народов. Как, естественно, и чувство особенности, исключительности, отличия китайцев от других народов. А это может стать как живительной силой, ведущей к возрождению величия, так и мертвящей силой для страны и нации.

Из исторической практики известно, что для построения общества сяокан необходимы усилия по консолидации трех определяющих факторов.

Первым и основным фактором является подготовка сознания общества, его готовность принять идею, а также наличие теоретической основы для выработки инструментария (интерфейса коммуникации между идеями и обществом). Ныне эта идея носит имя «Социализм с китайской спецификой».

Вторым фактором, тесно связанным с первым и оказывающим на него прямое воздействие, является наличие личности, способной не только своей волей, но и волей воспитанных ею идейных соратников создать условия для инициации процесса, заложить основу для его дальнейшего развития. Причем эта воля должна быть институализирована, воплощена в форме, позволяющей следующим правителям воплощать единую волю основателя (в современных условиях речь идет о личности Дэн Сяопина).

Третьим фактором, составляющим триединую основу для построения сяокан, выступает метафизическая составляющая – архетип. Именно он в какой-то период времени, совершенно неожиданно для правителей, выявляет доверие или недоверие к власти. Другими словами, архетип народа (как Воля Неба) дает «мандат» на управление, признавая того или иного правителя. Конфуций в своей теории «благородного мужа» частично описал критерии правителя, способного стяжать право на «мандат Неба».

В сочетании этих трех факторов, а также множества других, наверное важных, но не столь, лежит секрет успеха построения сяокан. Вместе с тем, говоря о принципах построения сяокан, древние указывали, что Дао определяет направление развития, наполняет смыслом все действия правителя, регулирует и гармонизирует внутренние противоречия на всех уровнях (при условии единого восприятия Дао). А в Дао эти три фактора являются цементирующими, так как только в их сочетании возможно стяжание Духа, материализующегося в энергию (ци).

Но при достижении сяокан, – и это подтверждают древние, – происходит потеря Дао. А если связь с Дао утрачена, то нет и развития, общество сваливается в хаос.

Стяжание Дао возможно двумя способами: или единением нации на основе единства крови и почвы (генотипа), через национализм; или за счет притягательной мечты через единство Духа Китая (культурного архетипа).

Первый вариант позволяет использовать имеющиеся возможности не прибегая к экстраординарным мерам. Второй же требует поиска, большой работы по осмыслению императива и выстраивания системы его внедрения, но позволяет эффективно воздействовать на сознание при дезориентации в обществе.

Понимание необходимости быстрого достижения единения – иначе произойдет потеря власти – толкает власть принимать экстренные меры, нарушая все принципы скоординированного развития, делая ставку на одну-две группы сил, то есть идти по первому варианту действий. Пример тому –  закат династии Тан. Отказ от принципов правления «благородного мужа», отход от многообразия укладов и конфессий, опора на одну религию, которой присваивается статус государственной, привел к тому, что в империи националистические идеи воплотились в массовые волнения крестьян, как наиболее слабо защищенной и более склонной к агрессии части общества. Сначала эти волнения имели чисто экономический характер (крестьянское восстание 756–761 гг.). Но потом волнения переросли в крупномасштабные восстания с идеологией ненависти к «иным». Примером этого может служить крестьянское восстание под руководством Хуан Чао длительностью 10 лет (874–884 гг.). Когда в 879 г. Хуан Чао занял Кантон – торговую столицу Тан, он устроил массовую резню, в которой погибло примерно 120 тысяч мусульман, иудеев, несториан и зороастрийцев.

Опасность ставки лишь на национализм проясняет понимание роли религии в усмирении волнений и конфликтов. Принимая во внимание гуманистические, облагораживающие сознание простого народа идеи, религии оказывают положительное влияние на общую ситуацию, стабилизируя и усмиряя страсти. Отказ же от признания равности религий, как составляющей жизни общества, выделение одной, гонения на другие религии приводят к тому, что нарушается гармония в восприятии мира, мир вокруг разделяется на две противоборствующие части. Эти действия могут привести только к одному – росту чувства «исключительности» той или иной конфессии, что уже есть шаг к национализму особого рода – религиозному национализму, что автоматически обосновывает действия национализма любой формы.

 

Уроки для современного Китая

Так что же нынешним потомкам великих императоров и близким потомкам красных революционных вождей нужно и должно понимать и что они не должны делать? В своем отечестве пророков нет. Поэтому дерзнем обратить внимание на то большое и важное, что отчетливо видится со стороны.

 

Обязаны понимать

Национализм убивает дух «нестяжательства», так как исключительность требует материального обеспечения этой особенности – как в виде непомерных расходов на уровне государства, так и на уровне простого обывателя. В мире национализма исчезает гармония, что приводит к таким ярким и ужасным событиям, как англо-бурская война, Третий Рейх, этнические чистки в Африке. Западное христианство, отказавшись от самостоятельной роли Святого Духа в Троице, не способно оказывать сильное влияние, так как там в основе лежит принцип прагматики. Ярким примером тому – известный факт продаж в средние века индульгенций: «Мы просим Бога даровать нам отпущение грехов, а за это мы отдаем церкви деньги». И до настоящего момента этот подход остается главенствующим в западной христианской традиции. Примерные католики, являя собой образец смиренности в церкви, потом, в офисе, без всякой застенчивости обдирают своих клиентов – будь то банк или брокерская контора. Примерные протестанты после службы сдают помещения под вечеринки местных сообществ ЛГБТ (лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров. Прим. ред.).

В современном Китае, в обстановке развития и углубления курса реформ на обогащение, осуществляющегося уже в течение тридцати лет, достижение новых высот государством – будь то освоение космического пространства, демонстрация новых образцов военной техники – сопровождается значительным всплеском гордости за свое государство, свой этнос. Что и понятно. Как и понятен гнев, вырывающийся наружу, когда происходит всплеск напряженности в районах оспариваемых территорий, акваторий. Такие всплески гордости выливаются на улицы широкими демонстрациями, приводят к погромам не только иностранной (японской), но и китайской собственности. В основном мелкой частной, но собственности. И звучит гордое: «смерть японцам», «мелкие японцы, руки прочь от островов» и так далее, разжигающее огонь непримиримого национализма.

В православном мире к национализму отношение негативное. Понимая вред националистического сознания, православие проповедует «Дух мирен». С момента своего формирования как части христианского мира православие подчеркивает важность «нестяжательства», борьбы со страстями, себялюбием, гордыней. На данный момент православие во многих уголках мира еще сохраняет этот Дух, хотя служители те же люди и они слабы в своих страстях. Но в догмате православие исповедует и проводит принцип нестяжательства, смирения в своих страстях, принятия на равных многокультурного уклада паствы.

Период сяокан для Китая опасен не только потерей результатов, достигнутых тяжелой работой, лишениями народа. «Потеря Дао» – Пути Неба, гармонизирующего участников и окружающий мир вокруг, – не образное выражение, фиксирующее отход от выработанного курса, изменение или отказ от той или иной политики. В момент отката общества с уже достигнутых позиций происходит самое страшное – общество пересматривает систему морально-этических ценностей. Исходя из посыла, что при данных условиях эти ценности не сработали, значит, они неверны, общество бросается в поиск тех ценностей, того содержания, которое позволит обществу построить лучшее, более крепкое здание. И зачастую общество в своем поиске уходит далеко от исконных ценностей нации, идет за ложными ориентирами.

Такой процесс происходит и в Китае, и в России. Идеи социалистического общества в одном государстве не были воплощены, в другом, из-за перерождения верхушки власти, от нее отказались директивно. Но и тут, и там проблема явна и четко понимаема специалистами – в обществе размываются основы морали и этики, начинает главенствовать принцип «ради цели можно всё». А там, где нет морали, этики, нет ограничений, нет сдерживающих факторов: уже два поколения в КНР растут в обстановке погони за прибылью, за богатством. Если третье поколение вырастет в этом же ключе, всё, что составляло гордость и культурную самобытность этноса, будет потеряно, будет обменено на материальные фетиши либерализма. Поэтому срочность в привнесении новой мечты, изменения сознания особо важна. Как важен и качественно иной уровень изменений. Старая социалистическая система морально-этических ценностей в Китае разрушена, новой системе еще только предстоит сформироваться.

В период отката формируется новое мировоззрение, новая система морально-этических ценностей. При этом ведется поиск новой идеи, новой духовной движущей силы, ибо жизни без Духа нет. В самом начале династии Тан такой силой стало христианство несторианского исповедания. Наряду с буддистами, манихейцами, конфуцианцами, даосистами несториане влились в бурлящий котел культуры династии Тан и очень скоро, по историческим меркам, стали опорной силой императоров. По крайней мере, исходя из исторических записей, большая часть двора (военные и административный аппарат) исповедовала христианство и, как полагают исследователи этого периода, наряду с продуманной административной политикой двора влияла на формирование так называемой идеологии эпохи Тан, которая подразумевала гармонизацию, усмирение страстей, позволяла стяжать Дух, необходимый для получения энергии жизни ци.

Резкий скачок и длительность периодов благоденствия (пример: периоды императоров Тай-цзуна, 627–649 гг., и Сюань-цзуна, 712–756 гг.) настали именно тогда, когда христианство влилось в умы и души китайцев. Это если говорить о Древнем Китае. А если брать пример из ближайшего исторического периода, то после подавления хаоса силой Мао Цзэдун «привил» социалистическую идею нестяжания в уставшее от беспорядка и хаоса сознание общества. Но социалистическая идея затрагивает социальные отношения, а для стяжания Дао требуется метафизическое учение. Опыт династии Тан показывает, что и в нынешних условиях Китаю требуется прививка христианства. Но не западного, отказавшегося от самостоятельности Духа и сведшего триединый мир в дуалистическое коромысло, а того, в котором Дух «стяжается душевными стараниями». То, что требуется обществу в состоянии, близком к «ожирению сознания», – это учение нестяжателей русского православия: живое, побуждающее и показывающее свет в конце тоннеля. Таким чистым учением является именно русское православие, сохранившееся у немногих духовных наставников в монастырях. Примут ли руководители Китая русское православие как «прививку», спасающую от потери Дао в момент достижения сяокан, – вопрос времени и воли. Во всяком случае, признаком, вселяющим надежду, выступает беспрецедентная в истории Китая встреча Патриарха Московского с Председателем КНР в мае 2013 года.

В какую бы форму ни облачался национализм – имперский, буржуазный, социалистический, народный, суть его не меняется. А пагубность для общества, принявшего его на вооружение в качестве главенствующей идеологии, подразумевает поражение в связке «исключительность нации – внешние враги – экономический баланс (спокойствие)». Исключительная нация – мононация, требующая подчинения ей других, презирающая их, ожидающая поклонения потому, что она исключительная. Правящие группы, пораженные этим недугом, транслируя в той или иной форме вовне эти сигналы, настраивают против себя окружающий мир, что приводит к неадекватной оценке ситуации как внутри, так во внешнем мире и нарушению гармонии мира.

 

Не должны изменять содержание опорных символов

Работа по замене смыслов, содержания символов трудоемкая, но сулящая значительные выгоды. Бескровно можно перевернуть сознание целых групп людей, слоев, направив их по нужному пути. Но это и опасно. Архетипы, формировавшиеся в течение долгого времени, имеют значительно более глубинные системы защиты. Живя в подсознании широких масс, основы для всякой власти, они способны восстанавливать исконные смыслы, которые, вступая в противоречия с новыми смыслами, выбивают искры мировых войн, расколов.

При формировании новых традиций существует опасность "качка маятника" в противоположную сторону из-за противодействия архетипа. Базовые символы, базовые смыслы – основные цели войны смыслов, которую, при невладении технологиями, могут проиграть самые сильные, развитые в экономическом, геополитическом плане системы, но не обладающие метафизическим опытом осмысления бытия.

 

Не должны подменять патриотизм национализмом

Период максимального расцвета общества в Китае характеризуется возведением нации, как исключительного, в абсолют. Но это выступает и источником поражений. Патриот не националист, националист не патриот страны. Он патриот отдельно взятой группы, места, клана, что уже не подразумевает единения, консолидации во имя единой цели. Пример из недавней истории Китая – война против японской интервенции (1932–1945) – велась всеми, но раздельно гоминьданом и КПК. Существовали клановые армии местных милитаристов: «сычуаньская армия», «хубэйская армия». Результат такого «лоскутного» противодействия известен – большая часть территории Китая была оккупирована японцами.

«Современный Китай», «современное китайское общество», «современное сознание» – именно о современной специфике говорят и политики, и ученые. Даже подчеркивают, что основу Нового Китая составляет «современное» этико-экологическое мышление. Но тогда где же тут место для учения о сяокан и датун?

Говоря о современном мире Китая, власти, знать и народ не должны забывать о том, что позволило китайскому этносу сохранить свой китайский мир. Разумные должны понимать и Дао, и Дэ (манифестация Дао.Прим. ред.), принимать его, учитывать особенности проявления и помогать китайскому миру осознавать подсказки важных периодов его истории.

 

 

Д. РЕГЕНТОВ,

А. ДЕВЯТОВ

Пекин – Москва