Главная       Дисклуб     Наверх  

 

 

АНАЛИЗ СЛЮНЫ, или для рассмотрения

 

данного вопроса необходимо

 

представить следующие документы…

                      

Опыт строительства собственного дома. Россия. Наши дни

 

Не первый месяц исподволь наблюдаю, как на соседнем пустыре возводится частный дом. Поставлен забор по периметру участка… Копают траншею под фундамент… Завезли арматуру, цемент, опалубку… Застройщик Александр, скромной величины предприниматель средних лет, при знакомстве попросил временно подключиться к моим водопроводу и электролинии: без них никакая стройка невозможна. Скрепя сердце даю согласие. Сам был точно в такой ситуации аж 15 лет назад.

После четвертьвековой работы в газете «Советская Россия», помотавшей семью по стране, встал неизбежный для пенсионера вопрос: где и как жить дальше. Дети осели в Саратове, к тому же мы с женой обрели статус пятикратных бабушки и дедушки. Казалось бы, о чем раздумывать?! Поближе к детям и внукам. Продав в Твери квартиру, гараж, дачу с садом в деревне, направились в уже родную Саратовскую область. На семейном совете условились: будем ставить свой дом. Тем более что однои­менная строительная программа вроде бы даже существует и в Саратове, как и во всей России. А власти всех уровней без уста­ли повторяют, что возведение собс­твенного жилья – дело доблестное, по­четное, в коем всем чиновникам от низа до верха предписано оказывать всячес­кие помощь и содействие. Но оказа­лось, что говоруны от власти горазды только болтать. Короче, я, бывалый мужик, с немалым жизнен­ным опытом, оказался в роли старухи, на которую свалилась проруха.

За время проектирования, согласова­ния документов, строительства, сдачи дома в эксплуатацию ни в одном кабинете (а их были десятки) никто ни разу ме­ня не спросил, нужна ли какая-либо по­мощь в возведении жилья. Большинство столоначальников при встрече даже не пытаются посмотреть в глаза, изучить документы, а все свое внимание, казалось, сосре­доточивают на моих карманах. Сама ат­мосфера, обстановка, условия, в кото­рые поставлены ходоки-просители за бу­мажками, предельно способствуют рождению в посетителе чувства второс­тепенности, никудышности и даже ущербности. Примеры? Из­вольте. В один из знойных августовских дней в узком, тесном коридоре городского земельного комитета я в ожидании бесконечной очереди насчитал более 150 таких же, как сам, бедолаг. Среди них было немало людей пожилых, явно нездоровых, с палочкой, костылем и т.д. Некоторые время от времени судорожно глотали таблетки – не всяк выдержит жару, духоту, а присесть негде. Да еще оказался запертым туалет... Несколько дней ходил я в комитет к открытию, что­бы пораньше занять очередь. Но лишь спустя три с лишним месяца хлопот, заплатив немалые деньги, я получил почти все нужные бумаги. Знающие люди сказали, что я установил временной рекорд в единоборстве с чи­новниками земельного комитета.

Как законопослушный гражданин, я не хотел начинать строительство дома прежде, чем на руках будут все положенные документы. Правда, не однаж­ды возникал вопрос: кем положен­ные, на каком основании? И что именно среди вороха бесчисленных копий, справок, оригиналов, выписок, схем, планов действительно необходимо для строительства, а что – придумано изобретательными чиновниками ради извлечения личной выгоды? Время стремительно уходило, но я не имел, как объяснили в кабинетах, права начать даже закладку фундамента на принадлежащем мне земельном участке. А стройматериал стали потихоньку разворовывать. И, поддавшись настояниям родственни­ков, я решился: отложив добывание бу­маг на потом (или же оформляя их од­новременно со стройкой), копать котло­ван под фундамент.

Из дневника стройки: «1 августа 2002 года заложен первый блок фундамента. В ноябре завершена кровля дома. В декабре подключен газ, налажено отопление».

Менее пяти месяцев понадобилось на то, чтобы на пустыре, превращенном в свалку, возвести дом, забор, подвести и проложить комму­никации.

Стройка далась тяжело: от перенап­ряжения (одни лишь дебаты с рвачами- строителями чего стоили) не однажды шла кровь носом... «Но самое трудное позади: в спину не дует, за шиворот не каплет», – наивно думал я. И решил продолжать «строить» дом на бумаге. В середине февраля 2003 года архи­тектурами (районной и городской) сог­ласован рабочий проект застройки, за­вершенный в начале года. Начались хлопоты по получению разрешения на строительство. Выдает его Управление архитектуры при администрации Сара­това. Для этого надо написать заявле­ние и приложить к нему копию утвер­жденного проекта, план земельного участка, свидетельство на право поль­зования им, экспертные заключения противопожарной службы района, го­родской санэпидемстанции и лицензию на право проектных работ, договор об ав­торском надзоре, ситуационный и то­пографический план участка. И почему- то аж две копии гражданского паспорта.

Деваться некуда, пошел по кругу со­бирать справки. Поначалу отправился в городскую санэпидемстанцию. Офици­ально это учреждение называется Цен­тром государственного санитарно-эпидемиологического надзора в г. Сарато­ве. Сотрудник предложил написать заявление, приложить к нему проект. Я поинтересовался, как долго продлится экспертиза.

– Пятнадцать минут. Сейчас выпи­шу счет, пока будете его оплачивать, я заключение подготовлю.

– Счет?.. А за что и сколько надо платить?

– Ну как же «за что»? – удивился мо­ей непонятливости врач. – За экспер­тизу проекта и проект выгребной ямы. Всего 2069 рублей и 9 копеек.

За пятнадцатиминутную работу пла­та мне показалась явно непомерной. Потому спросил:

– А почему именно две тысячи с хвостиком, а не десять, скажем, тысяч или триста рублей?..

– Не мы расценки устанавливали, справки в бухгалтерии.

Главбух на мой вопрос предложила изучить «Методические рекомендации по применению прейскуранта на вы­полнение санитарно-гигиенических ус­луг, составленные на основании исто­рических подходов по нормированию труда персонала учреждений санэпиднадзора». «Рекомендации» утверждены главврачом центра Т. Головковой.

– Но это всего лишь рекоменда­ции... – засомневался я в правомер­ности поборов.

– А что вам еще требуется?! – уди­вилась бухгалтер.

– И мне, и вам надо бы иметь рас­ценки, составленные на основании калькуляции того или иного вида работ, утвержденные как минимум городской Думой Саратова.

– Мужчина, не мешайте работать. Идите к главврачу и разбирайтесь, мы – простые исполнители.

В приемной главврача секретарша сказала, что на встречу с Головковой надо записываться...

В курилке размышляю, как посту­пить. Потратить время на встречу с глав­врачом, чтобы доказать незаконность поборов? Нет у меня лишнего времени!.. Но что-то тут явно не так. Общеизвестно, что госу­дарство – от президента до губернато­ров – всячески пропагандирует строи­тельство собственного жилья. Пусть хотя бы на словах… Но выхо­дит, что правой рукой государство благословляет на затраты, тяжкие тру­ды, а левой – в лице таких вот «госу­дарственных» центров, как санэпиднадзор, – проворно опустошает карман застройщика. Рассуждая так, намечаю схему действий: надо набраться терпе­ния и выдержки, собрать всю «макулату­ру», которую требуют в разных конторах, достроить дом, сдать его в эксплуата­цию, а уж потом добиваться справедли­вости, возвращать свои кровные, выу­женные незаконно, в том числе и через суд. Заплатив и получив желанную бу­мажку, отправляюсь к пожарникам. Ка­питан Д. Битюков просит оставить заяв­ление и проект и позвонить через не­дельку. На вопрос «сколько платить?» неподдельно возмущается:

– Вы что, взятку, что ли, предлага­ете?! В таком случае я просто выстав­лю вас за дверь.

Рассказываю, как получал заклю­чение в санэпиднадзоре. Капитан отмахи­вается:

– Не знаю, как у них, а мы – учрежде­ние государственное. Какая же может быть оплата за выполнение нами своих должностных обязанностей?

...Собрав все, что предписано, иду в городскую архитектуру за разрешени­ем на строительство дома, в котором живу. Главный архитектор – на длитель­ном больничном, попадаю на прием к его заместителю, полнеющему не по го­дам, вальяжному молодому человеку. Неспешно перебирая документы в принесенной мною папке, он спрашивает: «А документы на земельный участок?» Нахожу копии планов, кадас­трового свидетельства, права собственности на землю. Взглянув на них, архитектор бросает:

– Ну откуда же я могу догадаться, где этот участок находится? Город-то у нас большой!

– Ну как же! – осмеливаюсь возра­зить. – Вот координаты всех четырех углов участка в цифровом выражении с точностью до сантиметра в городской системе координат. А у вас в архитекту­ре есть электронная карта города. Включите компьютер, и все станет по­нятно – где и что.

– Где вы взяли эти планы? – игнорируя мои аргументы, гнёт своё собеседник.

– В городском земельном комитете.

– Что-то непохоже… – высказывает сомнение архитектор, накручивая теле­фонный диск. Поясняет: – Сейчас прове­рю, у меня в комитете мать работает. – И уже в трубку: – Ма! Тут ко мне клиент пришел за разрешением на строительство, но у него нет плана на землю в привычном для меня виде...

Фраза шокирует. Как инженер-геодезист, отлично понимаю, что у сидяще­го передо мной самоуверенного моло­денького крючкотвора, скорее всего, был нетребовательный преподаватель по геодезии и теперь его пробелы в знаниях аукаются мне. Но делать нече­го, отправляюсь в земельный комитет, где подтверждают правомерность и правильность выданных мне докумен­тов. Заодно не поленился зайти к мате­ри, консультирующей сына-архитектора: было любопытно в глаза заглянуть женщине, воспитавшей такого сына-чинушу.

Спустя месяц получаю-таки разре­шение на строительство. Разгар весны. Надо обустраивать огород, закладывать сад, вести постоянные водопровод, электричество. А тут еще хвори навалились на нас с же­ной. Оклемавшись мал-мало, отправля­юсь за техусловиями в Правобережные электросети. Заявление, топоплан, за что-то ещё слупили около 900 рублей. Выда­ли бумагу, в которой подробно расписа­но: проект электроснабжения, заземле­ния, где и какие, счетчик и т.п. А в одном из пунктов значится: «Установить допол­нительную железобетонную опору с ра­зъединителем для оперативных перек­лючений на подстанции «Гуселка». Под­станция эта в десятке километров от моего дома. Зачем она мне? Одна опора стоит уйму денег, а еще доставка, уста­новка, переключатель!.. Изумленно за­даю вопросы, а в ответ слышу:

– Губернатор дал устное указание: за счет застройщиков расшивать узкие места в энергетике. Нашли состояние на дом, а на какую-то опору десяток-другой тысяч жалеете?!

Деваться некуда: энергетики – монополисты, собственный ветряк ста­вить не будешь. Выполнил. Предъявил. Оплатил. И даже года не прошло от по­лучения техусловий до подключения. Управился всего за одиннадцать месяцев. Слава нашим энергетикам!

От подоб­ного пламенного общения с заинтере­сованными лицами потряхивает, будто собственным телом закоротил фазу и «ноль». Прошу читателей набраться терпения. О воде-то пока не сказано ни слова, а без нее, как известно, «и ни туды и ни сюды».

Желающих провести водопровод в «Водоканале» записывают по теле­фону примерно за месяц до явки на комиссию. А для получения техусловий нужно заявление, план участка, план дома и т.д. и т.п. Само собой, взяли деньги. Выполнил. Принес. Оплатил. Спрашивают:

– А кто будет строить водопровод?

Сделал всё сам. Но, наслышавшись о коварстве конторы, ответил иначе:

– Организация. Уже построила.

– Привезите лицензию на право выполненных ею работ.

Привез.

– А какие трубы вы клали в землю?

– Пластмассовые.

– Везите чек на трубы и сертифи­кат их качества.

– Это-то зачем?

– Может быть, они непригодны для водопровода...

Привез. Чтобы не «гонять почту» взад-вперед, спрашиваю, что еще тре­буется для подключения.

– Акт о приемке санэпидемстанцией в эксплуатацию выгребной ямы и ана­лиз воды. Химический и бактериоло­гический.

– Какой воды?! – я, честное слово, не понимаю, что еще нужно иезуитам из «Водоканала». – Если вы имеете в ви­ду воду, которая пойдет ко мне в дом, так это ваша вода, вы ее и анализируй­те сколько влезет. Во-вторых, где я возьму воду для анализа, если она в дом еще не подается? А в-третьих, я же вручил вам сертификат на пригодность труб под воду...

– Может, вы его купили, сертификат-то! – парирует женщина. – А воду на анализ... возьмите бутылку у сосе­дей: вода во всем городе одинаковая.

На дворе разгар лета. Сохнет огоро­дец. Пыльно, потно, грязно. Но водоканальщики за горло держат крепко. Еду в уже знакомую ГорСЭС, наливаю пря­мо в казенном туалете из-под крана стакан воды, прошу оформить, пока бу­ду платить, анализ. Посмеиваясь, ста­рые знакомые не тянут резину. С актом о приемке выгребной ямы сложнее...

Дома нервы не выдерживают, пово­рачиваю вентиль, и вот она, долгождан­ная водица... В очередной раз еду в «Водоканал». Каждый раз, чтобы по­пасть в помещение комиссии, надо вы­писывать пропуск, выстаивать в очере­ди... Попав к мучителям, выкладываю акт о яме, анализ воды. Молоденькая сотрудница о каждом документе делает отметку в специальной книге. Но в ру­ках у меня еще листок. «А это что?» – спрашивает девушка. «Анализ слюны», – отвечаю. «Чьей слюны?» – в глазах растерянность. «Моей! В прошлый раз сказали, чтобы представил обязатель­но». – «Наталья Ивановна! – обраща­ется девчушка к начальнице. – Тут вот мужчина принес анализ слюны, как вы велели. Его куда подшивать?» – «Тебя разыгрывают, Галя, – реагирует на­чальница, и уже в мой адрес, с упреком: – Как только с такой язвой жена жи­вет!» Спрашиваю, когда же комиссия поедет подключать воду. Отвечают: «Когда очередь дойдет: таких, как вы, много по городу». Иду ва-банк: «Можно не ездить, я уже сам включил». – «Как так!?» – «Просто. Открыл кран, и все».

«Мужчина, никуда не девайтесь! – радостно кричит тетка. – Сейчас вызо­ву контролера, отвезете ее на дом, она опечатает пломбой вентиль».

Отвез. Опечатала. Составила акт. Заплатил штраф… Разрешили включить. Фух, остался живой и почти здоровый. Операция «Вода», начавшаяся в фев­рале, завершилась в ноябре.

Хождения по воду, свет, газ отняло столько сил, что одно лишь воспомина­ние о встречах с самодовольными, непробиваемыми сидельцами в кабине­тах приводило к болям в груди и голове. Намеревался было продолжить игру, уже судебную, в бумажную метелицу, но отступился. Тем более что успел перезнакомиться с многочисленными застройщиками и они не советовали торопиться со сдачей дома в эксплуатацию. «Незачем, люди строятся и живут годами, никому ничего не сдавая и не платя. Какая же тебе нуж­да губить время и здоровье?»

Соблазн отгородиться от изнуряющих встреч с чиновниками пересилил. 2004 год про­вел я в приятных хлопотах по отделке до­ма, наведению порядка на участке. Но­вый, 2005 год мы встречали за столом, на котором было свое вино из выращен­ного винограда. Когда пил его, невольно подумалось о том, что, как ни странно, куда быстрее и легче построить дом, вы­растить виноградник и сделать из него вино, чем заполучить бумаги на землю и жилье. Такие вот грустные итоги уходя­щего года...

В начале 2006 года нужда вновь заставила отправиться в одис­сею по конторам. Вежливая женщина из управления социальной защиты про­информировала, что временная про­писка у нас с женой закончилась и нам прекращают выплату ветеранских до­таций. Об этом же сообщили и в Пенси­онном фонде. Нет прописки – нет льгот, нет пенсии. То есть, хочешь не хочешь, обувай ботинки-кабинетоходы...

Январским днем в коммунальном от­деле администрации Волжского района Н. Старостина перечислила, у кого ка­кие справки и подписи я должен полу­чить и представить для получения «бе­гунка» – бланка акта о приемке дома в эксплуатацию. Одолевая февральские сугробы, техники из городского бюро технической инвентаризации произвели замеры дома, хозпостроек, участка – для составления плана и справки о нед­вижимости. Одиннадцать раз (!) приш­лось мне ездить с северней окраины го­рода в БТИ для исправления допущен­ных при замерах и составлении документов ошибок: в размерах, пло­щадях, объемах, названии и т.д. и т.п.

Народу в БТИ в любое время столь­ко, что некуда, как говорится, воробью плюнуть. В ожидании очереди люди рассказывают друг дружке, из-за каких пустяков месяцами вынуждены добы­вать ту или иную справку. Понятно, что и от оценки тех, кто гоняет людей по властным чуланам и коридорам, не воз­держиваются. «Вот всегда говорили, – поделилась старушка, – что любая власть от Бога. А нынешняя, не иначе, от сатаны. Это же надо, сколько на­роду чертям на игрушки запустили! За плевой бумажкой девятый раз сюды приползаю...»

В каждой шутке, не мною подмече­но, есть доля правды. На крылечке БТИ довелось выслушать анекдот: «Собрал губернатор чиновников как-то и спрашивает, все ли жизнью довольны. Помалкивают чины, не понимая пока, куда он гнет. А тот развивает тему: «Мне же докладывают постоянно – ездите теперь все на иномарках, квартиры, до­ма собственные справили, зарплата приличная, раз­ные доплаты, накрутки, к тому же и взятки берете. Вот я и хочу прямо спро­сить: теперь, когда цветете и пахнете, не пора ли наконец и о людях поду­мать?!» И опять длительное молчание. До тех пор пока один из чиновников не обронил робко: «А что, Дмитрий Фёдо­рович, оно неплохо было бы, хотя бы душ по полсотни».

Не я анекдот придумал, но одно могу утверждать: он для Саратова, как и для всей нынешней России, не случаен. За годы работы в газете пришлось объе­хать, облететь, обойти пол-России. Как на духу признаюсь: нигде не доводилось наблюдать столь активного самоосквернения власти, как в Саратове. Чиновни­ки тут, в большинстве своем, откровенно разнузданны и надменны. Никогда не поприветствуют, не извинятся за много­численные отвлечения при работе с по­сетителем. Не обращая на нас внима­ния, поправляют прически, красят губы, распивают чаи, травят анекдоты. А в од­ном из кабинетов (секретарши в прием­ной не оказалось, поэтому вошел без предупреждения) увидел на коленях хо­зяина юное создание с чуть не до пупка поднятым подолом...

При всех выдающих бумаги «Бастилиях» крутится немало «жучков». Они за со­лидные деньги берутся облегчить сбор бумаг, прямо заявляя, что вхожи в любой кабинет, естественно, де­лясь с его хозяином частью документооформительского «навара». Откро­вениям «жучков» можно бы и не ве­рить. Но вот еще одно подтверждение достоверности поборов. Мой сосед по стройке, послушав о мы­тарствах, обронил: «Пойми, здоровье дороже! За сдачу дома я отдал мужику тридцать тысяч. Он работает в районной администрации. За кадастровый план взял всего десятку. И оформили мухой, только плати!..»

Впрочем, вернемся к «бегунку». По­лучил я его в конце февраля, сдав в администрацию пухлую папку копий и оригиналов. И снова – в какой уже раз по изученному кругу – архитектура, инспекция архитектурно-строительного надзора, противопожарная служба, БТИ, Санэпиднадзор...

В Санэпиднадзоре, как показалось, меня ждать устали, просмотрев все окна. По заведенным тут правилам тут же выписали счет на тысячу с лишним рублей, на этот раз – «за экспертизу жилого дома по приему в эксплуатацию», и быстренько сочинили нужную бумагу. Никуда не вы­езжая, зато потребовав копии бумаг из других контор.

Вообще говоря, в любом учрежде­нии Саратова, прежде чем выдать какую-либо бумажку, требуют копии до­кументов, выданных соседними уч­реждениями. Работая в одной системе – городской, разные конто­ры почему-то не доверяют друг друж­ке, и проситель вынужден штамповать всё новые и новые копии, доказывая, что он все остальные получил именно в Саратове, а никак не в сопредель­ном государстве.

И вот что еще особенно странно. Во всех без исключения кабинетах установ­лены компьютеры, а то и не по одному. Сотни аппаратов, на которые потрачены миллионы рублей. Само собой, подразу­мевается, что вся эта электронная техни­ка должна быть основой единой информационно-аналитическо-архивной сети города. Но либо такой системы нет, либо она попросту не работает. И спросить за пещерно-бумажный стиль общения и документооборота, похоже, некому.

28 марта акт о приемке моего дома в эксплуатацию (с печатями и подписями разных контор) утвержден главой адми­нистрации района В. Дубривным. В рас­поряжении по этому поводу мне, как вла­дельцу дома, рекомендовано обратиться в управление регистрационной службы для регистрации права собственности. Господи! Да я с милой душой готов был бежать на регистрацию еще два года на­зад. Потому что лишь после регистрации я могу оформить домовую книгу, пропи­саться и начать получать пенсию!

Оказалось, рано обрадовался… Дело в том, что даже с актом о приемке дома не станут его регистри­ровать, потому что нет у дома… почтового адреса. А присваивает его некая комис­сия при администрации города, которая дает название новым улицам. Зная об этом, первый заместитель главы администрации района Г. Геймор пишет в городскую ко­миссию по наименованию улиц письмо с просьбой присвоить почтовый адрес взамен строительного. Письмо это я сам отнес в комиссию вместе со схемой до­мов и улиц. Но сотрудник комиссии счел полученное недостаточным. Сослался на то, что в комиссии больше десятка че­ловек, среди которых представители культуры и общественности, главный ар­хитектор города и т. д., и надо бы к пись­му и схеме приложить фотографии ули­цы, на которой должен быть запечатлён и мой дом. Для нагляд­ности, объёмности и понятливости, мол… Ну и еще архитектурный план застройки жилого массива с указанием номеров участков.

Напомню читателю, что в Саратове существует электронная карта города, а у моего участка и дома закоординированы (в городской системе) все углы. И комиссия по улицам обязана с этой картой работать. Что же касается не­компетентности или непонятливости членов комиссии, почему это моя проб­лема? Чего проще – выехать на место и все увидеть своими глазами. Увы, ар­гументы мои повисли в воздухе... Зато из горадминистрации Г. Геймору отп­равлено письмо: «На ваше обращение по присвоению наименования улице Новосоколовогорского жилого района сообщаем, что для рассмотрения дан­ного вопроса необходимо представить следующие документы…».

Дорогие (в прямом смысле слова) чиновники! Как гражданин России, как житель Саратова, откровен­но заявляю, что ваша работа в нынеш­нем ее виде ни к черту не годна.

…Дом моего соседа Александра потихоньку растет. Уже крыша, окна, двери там, где им намечено проектом быть. При встрече спрашиваю, когда новоселье.

– О-о-о-о! – с нескрываемой тоской провыл сосед. – Мне ведь за право подключения к газу, воде и электричеству надо отдать известному тебе «благодетелю» полмиллиона. А денег пока нету…

Опять придется пояснять. В нашем околотке некий гражданин в бытность свою депутатом якобы проложил до массива газопровод, воду, поставил трансформатор. И вот уже много лет дерёт со всех новых застройщиков сотни тысяч рублей за право подключения к принадлежащим ему коммуникациям. Других поблизости нет, потому и деваться вроде бы некуда…

Однако, как выяснилось, это далеко не так. Пошарив в Интернете, нашёл законы на этот счёт. Энергетики обязаны подать электричество к новому дому за считанные сотни рублей. Как и газовики. Больше того, наткнулся на Федеральный закон № 69 ещё от 1999 года, в котором однозначно сказано, что газопроводы не могут принадлежать физическому лицу как объекты повышенной опасности и должны содержаться и обслуживаться исключительно специализированными организациями. То есть именно городские власти надули меня и обобрали соседа Александра.

Получается, законы есть, но при попустительстве властей их как бы и нету. В разговоре с сотрудницей «Саратовгаза» спросил, почему так.

– Эта проблема не только в Саратове, а во всей стране, – пояснила она, –  дело в том, что мы, газовики, должны бы выкупить газопроводы у частников, если они их прокладывали, но на это нам не дают денег.

А кто же даст? Миллер? Ему, видно, многомиллионных зарплат и бонусов не хватает для полного счастья. А тут такие расходы – взять на содержание и обслуживание «незаконные» газомагистрали, коих тьма в России. Это ж себе, чего доброго, придется в чем-то отказывать! Как же можно?!

В современной России власти не однажды намеревались осчастливить народ программой массового строительства индивидуального жилья. Тем более что всё для этого есть в любой области. В том числе и море пустующей земли. Однако и ее многочисленные столоначальники умудрились превратить в камень, а точнее сказать – в пустырь преткновения.

В Саратове, в том числе и на окраинах, множество пустующих участков. Но все они без исключения кому-то принадлежат. У иного «хозяина» их десяток, а то и больше. Во всяком случае, так было, когда я собирался строиться: меня познакомили с прохиндейкой, коя предложила на выбор с дюжину площадок. И каждая стоимостью от полумиллиона до двух… Сегодня цены еще подпрыгнули. Деньги, понятное дело, мимо бюджета текут в карманы ловкачей. Но ни власти, ни «народных» депутатов это почему-то совершенно не волнует, хотя на всех своих токовищах они без устали рассуждают о проблеме нищенских бюджетов.

 Повторюсь: повсюду в стране есть всё необходимое для повсеместного индивидуального жилстроительства. Нет только ни его самого, ни помощи со стороны власти (да и без помощи бы обошлись, лишь не мешали своими бумажными монбланами и эверестами). К счастью, не везде. В Белгородской области возведение своего дома всячески поощряется, сопровождается всяческими льготами, доброжелательными помощью и участием всех уровней власти. На всех этапах: от выделения земли до поздравления с новосельем.

Закончить статью захотелось мечтательным вопросом: настанет ли когда-либо время, когда жизнь всей России станет хотя бы издали похожей на программу созидания в Белгородской области, и не только в строительстве, а во всем остальном тоже?

Со слабой надеждой на перемены,

Юрий Филиппович Буров,

ветеран труда

 Саратов

2002–2017 гг.