Главная       Дисклуб     Наверх   

 

Бесплодный эклектизм В.В. Путина

В течение последних двадцати пяти лет в стране отчетливо проявлялся национал-сепаратизм в теории и на практике, в результате чего напряженность в межнациональных взаимоотношениях то возрастала, вплоть до военных столкновений, то затухала. И по сей день продолжают тлеть угли былых пожарищ, сохраняются экстремистские устремления, особенно на Кавказе, и до взаимопонимания и политической стабильности еще далеко.

Политики, не освоившие методологию познания, законы диалектики, взявшие на вооружение некомпетентные рекомендации своих советников, проигнорировали признанный борцами за истину вывод, что в федеративные отношения вступают народы, создавшие свою государственность, а не совокупное население тех или иных территорий, малочисленные или разрозненные национальные группки. В итоге русским не по своему хотению пришлось вступить в сложные взаимоотношения не только с коми, татарами, башкирами, чеченцами и т.д., но и между собой. Произошло недопустимое смешение двух различных принципов федерализма.

Помимо этого, настырные реформаторы некритически заимствовали еврейский «принцип национальностей» в давно опровергнутой интерпретации О. Бауэра. В 1996 году, когда Миннац России возглавлял В.А. Михайлов, был разработан и принят Госдумой закон "О национально-культурной автономии". В соответствии с ним в относительно мононациональных анклавах начали упрочняться местные, региональные и федеративно-культурные автономии.

Хотя контуры таких добровольных общественных объединений четко не обозначены, им предоставлены большие права по возрождению своих языков, традиций и культуры. Это, безусловно, разрушает русскую идентичность. При этом органам исполнительной власти всех уровней предписано оплачивать из бюджетных средств расходы таких искусственных объединений.

Целостное государство превратилось в некий симбиоз разноликих, слабо взаимодействующих субъектов РФ. Русская нация разорвана на куски, лишилась единого правового, экономического и культурного пространства. Бездумно упразднена субординационная соподчиненность.

Вот почему многие русские выдвигают и отстаивают идеи возврата к унитаризму, который есть громадный шаг вперед от раздробленности к единству. Быстрое развитие производительных сил требует объединения малых территорий, ибо это помогает более успешно решать социально-экономические и иные проблемы. Муссируются тезисы о создании Русской Республики, о пропорциональном представительстве наций в органах власти, о прекращении кормить кавказцев и об ограждении колючей проволокой Кавказских гор.

Не иначе как исходя из подобного баламутства, В. Путин опубликовал статью «Национальный вопрос». В ней он констатирует наличие "все возрастающего масштабного миграционного потока" и "плавильного котла" ассимиляции, не способного его переварить.

При Советской власти, последовательно проводившей интернационалистскую политику, свободная внутренняя миграция в основном регулировалась в интересах развития экономики и самих мигрантов. Специалистов с высшим и средним специальным образованием распределяли на работу по заявкам, рабочих и колхозников, молодежь привлекали на новые стройки. Такой тип миграции позволял более рационально перераспределять трудовые ресурсы, обновлять кадры, обеспечивать полную занятость, обмениваться опытом, навыками, культурными ценностями, взаимообогащаться. Солидное представительство русских в республиках цементировало многонациональное сообщество, создавало форпосты интернациональной культуры. Постоянные контакты людей разных национальностей сближали их, содействовали восприятию интернационалистских идей и углублению интеграции.

Однако миграция содержала в себе и противоречия, порой вызывала даже конфликтность, как добровольное, так к вынужденное изменение национальной природы. Межнациональные браки нередко распадались. Зачастую исподволь поддерживались лозунги национал-сепаратистов: "Грузия – для грузин" и другие.

В слабо развитых капиталистических государствах многие становятся мигрантами, покидают родину вследствие безработицы, разорения фермеров, нищеты, то есть в поисках куска хлеба. Капитализм создал особый вид переселения трудоспособных, так как в экономически развитые страны они устремляются из-за более высокой заработной платы и либеральных законов. Преобладает стихийная, нелегальная миграция, часто связанная с риском. На протяжении десятилетий работодатели охотно их принимали, так как использовали на самых тяжелых и вредных работах, меньше им платили и получали более высокую прибыль.

Государство, отдавшее загранице лучшую, наиболее энергичную часть экономически активного населения, еще больше отстает, принявшее ее – все быстрее идет вперед. В постсоветской России происходят аналогичные процессы.

В США переселились миллионы человек, что предопределило смешение населения: Нью-Йорк и другие крупные города, словно мельницы, перемалывают громадные национальные различия в единую американскую нацию.

Отмеченные В.И. Лениным причины и результаты миграции при капитализме характерны и для нынешней эпохи. Только теперь обездоленные из Африки и Азии и т.д. переселяются в Западную Европу, страны Персидского залива, Австралию, а в Российскую Федерацию – из бывших азиатских республик.

В отдельных странах мигранты составляют от 6 до 28 и более процентов всех работающих по найму. Как правило, они, оторвавшись от привычной среды, не хотят изучать новый для них язык, ассимилироваться, создают обособленные национальные и религиозные общества, соблюдают привычные обычаи и традиции. Жители огромных городов, в том числе и Москвы, постепенно превращаются в разноязычное, разноцветное и разнокультурное сообщество. Проявления нетерпимости, национального, религиозного и политического экстремизма беспокоят представителей коренной нации, особенно интеллигенцию. Они и разжигают националистические и шовинистические настроения среди обывателей. Даже правители вынуждены были заговорить о том, что мультикультурализм не всегда является удачным путем в будущее.

Отрицать то, что есть, нельзя. Национальная жизнедеятельность противостоит наметившейся интернационализации, сплочению людей разных национальностей в многонациональных государствах. Но одновременно обозначилась тенденция развитая и сближения наций и народностей. Она становится закономерностью.

Квинтэссенция развития наций и народностей подразумевает: жизнеспособность и свободное, беспрепятственное совершенствование, подъем, качественное преобразование всего национального и отбрасывание негативного, архаичного, отжившего; вхождение в структуры национального, инонационального, интернационального и общечеловеческого; превращение национального в интернациональное, общечеловеческое; переход от одного национального состояния к другому.

Нацию, группу инородцев нельзя окружить разделительной стеной. Если какая-либо национальная общность не проявляет активности в восприятии и использовании достижений других народов, то тем самым она задерживает, замедляет свое развитие.

Не только содержание, но и национальные формы не окостеневают, а видоизменяются, совершенствуются и сближаются между собой, освобождаясь от всего устаревшего. Расцвет национального не сводится к упрочению особенностей. Национальное шире национально-специфического, поскольку включает в себя интернациональные элементы. Так, в жизнедеятельности и культуре народов СССР неуклонно увеличивалась роль инонационального, интернационального и общечеловеческого. Национальное обогащалось ценностями инородцев. В развитии самого национально-специфического изменялось соотношение, удельный вес негативного, архаичного, отжившего, консервативного и поэтому локально функционирующего и передового, которое приобретало общезначимость и заимствовалось. Преобразовывалась национальная среда и ее природа, возникало новое из старого. Национальное развивалось и распадалось. Но такое взаимопроникновение, сближение происходило в замедленном темпе, и советский народ не успел сложиться в единую нацию.

Количественный рост подобных метаморфоз влечет за собой качественные изменения соприкасающихся наций. Фактическое сокращение одной из них уменьшает потенциальные возможности для ее самостоятельного развития, что еще больше ускоряет эти переходы и увеличивает их для аккумулирующей нации. Осуществляется их постепенное сращивание, слияние (типичное для экстерриториальных групп), или рождение новой нации (бывшие англичане в США, Австралии, испанцы в Латинской Америке и т.д.).

Когда эти превращения прослеживаются на личности и оказываются контрастными по отношению к прежним ее связям и признакам, то она, по существу, утрачивает свою национальность и приобретает все черты другой национальности или нации, точно так же как перемещается из одного социального положения в другое. Одни лишаются своих прежних черт (кроме антропологических) медленно, другие – быстро. Со сменой поколений этот процесс ускоряется или завершается.

Вследствие видоизменений всех нациообразующих атрибутов нации распадаются, превращаются в национальности, входят в интернациональные общности, сливаются между собой. В свою очередь, национальные группы и народности способны перерастать в нации.

Глубина и быстрота таких метаморфоз, преобладание той или иной тенденции, закономерности зависит от проводимой политики, близости или отдаленности, схожести или разнообразия центростремительных и центробежных сил, от сознания, побуждений, степени многонациональности. Все народы подвергаются воздействию мирового и регионального развития, сами влияют на него.

Так проявляются законы диалектики в национально-государственных взаимоотношениях. Отменить их никто не может. Но В. Путин игнорирует их. Он голословно уверяет, что за провалом многокультурализма стоит только кризис модели «национального государства», сложившегося исключительно на основе этнической идентичности. Но японцы, вьетнамцы, армяне, немцы, французы и т.д. не ощущали до сих пор своей нежизнеспособности и не хотят ее (жизнеспособность) утрачивать.

В. Путин неправомерно считает, что национальные и миграционные проблемы современной России напрямую связаны с разрушением СССР. Дико читать его утверждения о том, что попытки поддерживать идею создания русского национального государства якобы противоречат тысячелетней истории, что это есть-де кратчайший путь к уничтожению русского народа. Он не понимает, что такое государство давно существует. По международным нормам государство считается мононациональным, ибо русские составляют в РФ 85%, и они вправе иметь такую же долю в системе управления. Другое дело, что русские, в отличие от немцев, китайцев, индийцев и т.д., разрешили малочисленным народам самоопределиться и образовать внутри России автономные республики. Те, кто преувеличивает полиэтничность РФ, надеются заполучить побольше властных должностей, выполнять лоббистские функции.

Одновременно В. Путин признает, что русский народ – государствообразующий и что миссия его состоит в скреплении некоей цивилизации, при которой не будет "нацменов", культура и ценности станут общими. Добиться этого он надеется посредством улучшения преподавания русского языка и литературы (где?) в контексте всего богатства национальных традиций и культур, формирования некоего абстрактного мировоззрения, учета в законах национальных и религиозных особенностей. Никакой умник не распознает смысла такого дуализма и эклектизма.

В. Путин предложил вновь образовать в системе федеральных органов власти некую специальную структуру, занимающуюся национальными вопросами, но не обозначил ее полномочий для решения возникшего недопонимания. Миннац России, помогавший выбивать трансферты, дотации, как раз и был упразднен за неэффективность своего функционирования.

В. Путин намерен провести тесную интеграцию на всем постсоветском пространстве в качестве альтернативы неконтролируемой миграции, но не обозначил механизм ее осуществления. Он не собирается на государственных каналах телевидения организовать дискуссии известных специалистов, пропагандировать дружбу народов, их достижения, общероссийский патриотизм, интернационализм, добиваться сдачи мигрантами экзамена по русскому языку и другим гуманитарным дисциплинам и более масштабного и правдивого преподавания их в национальных республиках, а также в СНГ. Объединение карликовых нежизнеспособных республик с экономически более мощными областями и краями приостановлено. Не ликвидируются надуманные федеративные отношения между преимущественно русскими регионами. Не наблюдается заинтересованность в укреплении союза с Белоруссией, Казахстаном, Украиной и т.д. А без таких мер все потуги останутся безрезультатными.

 

Алексей Афанасьевич БАСАЛАЙ,

доктор философских наук